Было, есть и будет иначе, — упрямо возразил Демон, разговаривая, очевидно, с моим животом, а не со мной лично.
— Я сомневаюсь, Лука, очень сильно сомневаюсь, — прошептала я.
Мои руки так и не коснулись его головы, пусть мне и до смерти хотелось зарыться пальцами в его волосы.
Я не хотела говорить, что приняла решение побеседовать с отцом. Город меня душил. Пусть я и взяла на себя обязательства помочь с «Изюминкой». Я поняла, что не смогу.
Никому ненужная война в первые дни после моего возвращения приносила облегчение.
Словно мелкие пакости в адрес Луки позволяли мне стойко переносить щемящую боль от воспоминаний. А сейчас я вдруг поняла, что устала. «Три туза» душили меня, как и их хозяин.
Особенно сейчас, когда Демон вдруг решил, что я вновь «его» Муза.
И теперь я хотела уехать. Куда угодно, пусть это будет Европа, или забытая Богом провинция. Главное – подальше от города, от Луки, от тех чувств, что он будит во мне.
— Я хочу уехать, Лука, — вдруг прошептала я, а мужчина застыл, перестав гладить своими горячими ладонями мое дрожащее от эмоций тело.
— Я на машине, — осторожно произнес мужчина. Но я поняла – он догадался, что речь идет не о возвращении в город.
— Ты ведь все понял, — прошептала я. — Я хочу уехать насовсем. Не могу так больше. У меня нет сил. Я не могу тебя простить, но и забыть не могу.
Лука поднял голову. Наши лбы почти соприкасались. Но я смотрела в его глаза, понимая, что нужно собрать всю волю в кулак и, наконец, изменить что-то в своей жизни и перестать вести себя по-детски.
Настало время войти во взрослую жизнь. Получить печальный опыт, поблагодарить за него Судьбу и идти дальше.
— У меня нет шанса? — тихо спросил Лука, когда мое молчание затянулось.
— Я слишком сильно тебя любила, — еще тише прошептала я, понимая, что слезы уже не остановить.
Я не стала говорить дальше, Лука не дурак, все понял.
Слишком сильно любила.
Слишком сильно обидел.
Слишком сильно ненавидела.
Всего было слишком, через край.
И я не видела пути, который бы вел к этому мужчине. Скорее, наоборот, Судьба уводит меня в обратную сторону. Наши пути разошлись.
— Я не изменял тебе, даже в мыслях, — хрипло проговорил Демон, крепче сжимая меня в своих руках.
Теперь он стоял на коленях передо мной. А я вдруг подумала: сейчас уже неважно, что он скажет, чем оправдается. Говорить, вставать на колени нужно было тогда, полгода назад, когда я нашла его в компании девицы.
