Меня отвлекла мужская фигура, непозволительно близко замершая за моей спиной.
Мужские ладони легли на мои плечи, а крепки пальцы сковали мои движения, не позволяя пошевелиться, но и не принося боли. Лука просто держал меня в кольце своих рук, а я всем телом чувствовала сильные удары сердца, бьющегося за моей спиной.
Обжигающее дыхание коснулось моего затылка, спустилось к виску. И я услышала глубокий вдох, а потом и ощутила прикосновение рта к своему уху.
Демон знал, что от подобной ласки мое тело мгновенно вспыхивает от ожидания близости.
Подло! Это ведь подло и нечестно с его стороны!
— Нет! Не нужно! Отпусти! — прошептала я, дернувшись всем телом, стремясь вырваться на свободу, умчаться как можно дальше от этого мужчины.
— Не могу! — прошептал Лука мне на ухо, касаясь чувствительной кожи своим ртом. — Не могу отпустить! Не могу!"
"Его губы заскользили по виску, спускаясь к щеке, замерли на уголке рта. А я крепко зажмурилась.
Мне до боли хотелось податься назад и оказаться в плотном кольце любимых рук.
Хотелось попросить, чтобы никогда не отпускал. Но и хотелось сделать как можно больнее. Хотелось заставить его страдать так же сильно, как и он заставил страдать меня.
— Ты всем своим женщинам это говоришь, Демон? — горько прошептала я, найдя в себе силы, чтобы увернуться от жадных губ.
— Других нет, и не было никогда, — произнес Лука, не позволяя мне вывернуться из его рук, а лишь крепче прижимая меня к себе.
Я оказалась в ловушке. Фейерверк над моей головой взрывался разноцветными огнями, а я не видела ничего из-за пелены слез, затянувшей взор.
***
Глава 18
Я физически не мог разжать руки. Легче оторвать конечности, чем заставить меня выпустить Музу. Гребаных шесть месяцев я не трогал ее, не зарывался пальцами в ее длинные волосы. Не касался ее тела.
А сейчас дорвался до самого желанного на свете. И не мог отпустить. Возможно, через минуту. Но не сейчас. Она пьянила меня.
Рвала душу на куски ароматом своих духов, своим голосом, своим телом.
Я смог заставить себя разжать руки ровно настолько, чтобы позволить ей развернуться и встать лицом ко мне.
Она плакала. Я видел каждую соленую каплю, стекающую по ее щекам. И эти капли убивали меня.
— Я ведь все видела, Лука! — горько шептала она, глядя на меня своими огромными, полными слез глазами. — Видела, как ты трахал свою помощницу прямо на рабочем столе. И я не истерила, как малолетка.
