Малышка крепко спала, утомленная процессом добывания грудного молока. И я не собиралась ее будить.
— Чем тебе не нравится? Хорошее же имя, музыкальное, — ворчал Демон, глядя на дочурку, а потом склонился ниже и что-то зашептал.
Я была слишком взбешена, чтобы разобрать каждое слово, сказанное Лукой нашей дочери. И продолжала возмущаться.
— А сына мы назовем «Контрабас»?! — шипела я.
Этот невыносимый, упрямый мужчина согласно закивал, наигранно вздохнул и вновь заговорил со спящей малышкой:
— Скажем маме правду? Не будем ее заставлять нервничать? Что поделать, не нравятся ей музыкальные инструменты!
— Лука! Признайся, ты ведь пошутил? — догадалась я.
— Светлана Лукинична, — заулыбался муж, переключая внимание на меня, — Хотя, «Арфа» мне тоже нравится.
— Допрыгаешься ты, Демон! — прищурилась я."
"Небольшая, но важная ссора с мужем вымотала меня и я готова была провалиться в сон. Дочь была сыта, переодета и сладко спала. Лука оставался на ночь в палате. И я могла не переживать, что от усталости буду крепко спать и не услышу, если вдруг малышка проснется посреди ночи.
Словом, я с чистой совестью отключилась от всех мыслей и реальности. А проснулась, когда муж уже ворковал над небольшой колыбелькой.
Я лежала, тихонько слушала журчащий и ласковый голос мужа и улыбалась глупой, но счастливой улыбкой.
— Папа очень-очень любит тебя, Конфеточка моя, а маму просто обожает. Знаешь почему? Потому что она подарила мне тебя, — рассказывал свои секреты мой грозный Демон. — Ты когда повзрослеешь, все поймешь.
А пока что твоя задача: расти здоровенькой и радовать нас с мамой. Согласна? Вот и договорились!
Малышка закряхтела, требуя сменить подгузник и покормить ее. А я украдкой смахнула набежавшую слезинку радости. Ведь и от счастья можно поплакать, если оно переполняет душу.
Долго наблюдать за мужем и дочерью мне не позволили. Малышка кряхтела все громче, грозилась капризничать и кричать, если ее не накормят. А по лицу мужа я видела, что он вот-вот поддастся панике.
Поспешила на выручку любимому мужчине. Ведь каким бы упрямым, властным и жестким ни был мой мужчина, без меня ему не справиться.
***
Эпилог.
— Дорогой, ты должен…. Нет! Ты просто обязан что-то предпринять!
— И что конкретно я обязан предпринять? — я старался говорить спокойно, но было очень сложно скрыть широкую улыбку.
— Лука Ильич! Я предельно серьезна! — неистовствовала супруга, а я начал посмеиваться в голос, за что и получил некрепкий подзатыльник.
