Их окружило множество орков меньшего роста. Пиппин предположил, что они с Севера. Они обнажили свои мечи и ножи, но не решались напасть на Углука.
Углук крикнул, и подбежало много других орков такого же роста, как и он. Затем Углук без предупреждения прыгнул вперед и двумя короткими ударами срубил головы двух своих противников. Гришнак отступил и исчез в тени. Остальные побежали, а один, переступая через лежащего Мерри, споткнулся и с проклятием упал на него. Но этим Мерри, вероятно, спас ему жизнь, потому что Углук перепрыгнул через него и уложил другого орка своим коротким мечом.
Это был желтозубый охранник. Тело его упало на Пиппина; руки его все еще сжимали длинный зазубренный нож.
— Бросайте оружие! — закричал Углук. — И больше не говорите глупостей. Отсюда мы идем прямо на Запад. Вниз по склонам и вновь вдоль Реки к Лесу. И будем идти день и ночь. Ясно?"
"«Если этому уроду понадобится еще хоть немного времени, чтобы захватить контроль над бандой, у меня есть шанс», — подумал Пиппин. Надежда проснулась в нем.
Конец черного ножа уперся ему в руку и скользнул к запястью. Он почувствовал, как ручеек крови стекает по руке, почувствовал холодное прикосновение стали к коже.
Орки готовы были тронуться в путь, но некоторые из северян по-прежнему проявляли недовольство, и изенгардцы убили еще двоих, прежде чем остальные покорились. Было много ругани и суматохи. На какое-то время Пиппин остался без охраны. Ноги его были крепко связаны, но руки только перехвачены веревками у запястий. Он мог двигать ими вместе, хотя веревка и была стянута прочно.
Пиппин отпихнул мертвого орка в сторону и, стараясь даже не дышать, начал тереть веревку о лезвие ножа. Лезвие было острым, а мертвая рука крепко держала его. Вскоре веревка оказалась перерезана! Пиппин быстро придал ей прежний вид, свободными петлями обвив вокруг запястий. Потом он лег и замер без движения.
— Поднимите пленников! — закричал Углук, добавив: — Не пытайтесь что-либо сделать с ними! Если они не будут живы, когда мы вернемся, кто-нибудь еще поплатится за это!
Орк схватил Пиппина, как мешок, и потащил лицом вниз.
Другой так же схватил Мерри. Рука орка, как лапа хищника, железной хваткой сжимала руку Пиппина, когти вонзились в его тело. Он закрыл глаза и снова погрузился в беспамятство.
Неожиданно его снова бросили на каменистую почву. Была ночь, но серп луны уже почти исчез на Западе. Они находились на каменном краю утеса, который, казалось, поднимался из моря бледного тумана.
