Так казалось ему в темный час усталости в каменных лабиринтах Кирит-Унгола.
В темном углублении между двумя скалами они сели на камень: Фродо и Сэм в глубине и Голлум у самого входа. Здесь хоббиты поели; они думали, что это их последняя трапеза перед спуском в Безымянную землю и, может быть, последняя совместная трапеза. Они поели немного пищи Гондора, немного эльфийского хлеба и попили. Но так как воды у них было мало, они лишь смочили себе рот.
— Интересно, где мы снова найдем себе воду? — спросил Сэм. — Но ведь должны и они пить, орки-то.
— Да, орки пьют, — ответил Фродо. — Но не будем говорить об этом. Их напитки не для нас.
— Тем более необходимо наполнить наши фляжки, — отметил Сэм. — Но здесь вверху нет воды, я не слышал ни звука. К тому же Фарамир предупредил, чтобы мы не пили воду Моргула.
— Не пить воду, текущую из Имлад-Моргула, таковы были его слова, — сказал Фродо. — Но мы теперь не в той долине, и, если мы встретим ручей, он будет течь в долину, а не из нее.
— Я все равно не доверял бы ему, — проговорил Сэм, — даже если бы умирал от жажды.
Что-то злое чувствуется в этом мире. — Он принюхался. — И запах. Вы заметили? Страшный запах. Мне он не нравится.
— Мне здесь вообще все не нравится, — сказал Фродо, — камень, скалы, тропа, сам воздух. Земля, вода, воздух — все кажется проклятым. Но тут лежит наш путь.
— Да, это так, — согласился Сэм. — И мы не были бы здесь, если бы больше знали с самого начала. Но мне кажется, так вот бывает. В старых сказках и песнях говорится о приключениях, господин Фродо.
Я привык считать, что Дивный народ искал приключений, он хотел их, потому что они возбуждали, а жизнь была немного скучной, что-то вроде развлечения, если можно так сказать. Но на самом деле это было, наверное, не так. Просто попадали они в приключения, и там лежал их путь, как вы сказали. Но я думаю, что у них много возможностей, как и у нас, было повернуть назад, однако они не поворачивали. А если бы они повернули, мы не знали бы об этом, потому что они были бы забыты.
Мы знаем только о тех, кто продолжал идти — и вовсе не к счастливому концу, прошу заметить; во всяком случае, не к тому, что называют обычно счастливым концом. Вы знаете, прийти домой и обнаружить, что все в порядке, хотя все уже не то — как старый господин Бильбо. Такие сказания не лучше всего слушать, хотя в них лучше всего очутиться! Интересно, в каком сказании очутились мы?
— Мне тоже интересно, — сказал Фродо. — Но я не знаю. И так бывает в действительности.
