Больше они не смогли от него ничего добиться. Он не сказал, где он был и что заставило его так торопиться. Сэм был полон подозрениями и показывал это, но Фродо ничем не выдавал своих мыслей. Он вздохнул, приладил свой мешок и приготовился идти в сгущающейся тьме.
Голлум очень осторожно повел их вниз по склону, держась в укрытии, где это было возможно, и перебегая почти согнувшись по открытым местам; но свет был теперь так слаб, что даже острый глаз дикого зверя вряд ли смог бы заметить хоббитов, в капюшонах, в серых плащах, или же услышать их, идущих так тихо, как могут только эти маленькие существа.
Они прошли, не задев травинки, и исчезли.
Около часа молча шли они цепочкой, угнетенные мглой и абсолютной неподвижностью и тишиной, лишь изредка прерываемой слабым рокотом грома или боем барабанов в какой-то отдаленной долине меж холмов. Они шли вниз от своего последнего убежища; а потом, повернув на Юг, пошли самым прямым курсом, какой только мог выбрать Голлум среди этой неровной местности. Вскоре они увидели впереди линию деревьев.
Подойдя ближе, они увидели и убедились, что деревья очень старые; они все еще поднимались высоко, хотя вершины многих были обломаны молниями.
— Перекресток, да, — прошептал Голлум. Это были первые слова, сказанные с тех пор, как они оставили убежище. — Мы должны идти туда.
Повернув на этот раз на Восток, он повел их вверх, и вот она лежала перед ними — южная дорога, огибающая внешний край Гор и входящая в большое кольцо деревьев.
— Это единственный путь, — шептал Голлум.
— Никаких дорог, кроме этой. Нет дорог. Мы должны идти к перекрестку. Но быстро! И тихо!
Крадучись, как разведчики в лагере неприятеля, они пробрались к дороге и двинулись вдоль нее под каменным откосом, серым, как сами камни. Наконец они достигли деревьев и обнаружили, что стоят в широком, лишенном крыши круге, открытом посредине мрачному небу. Пространство между стволами напоминало широкие арочные проходы какого-то разрушенного зала. В самом центре круга встречались четыре дороги.
За хоббитами лежала дорога к Мораннону; перед ними дорога уходила в долгое странствие к Югу; справа шла дорога со старого Осгилиата; за перекрестком она уходила на Восток, во тьму. По этой, четвертой, дороге и должны они были идти.
Полный страха, Фродо вдруг заметил, что стало светлей; он увидел отражение лучей на лице стоящего рядом Сэма. Повернувшись, он увидел за арками деревьев дорогу на Осгилиат, прямую, как вытянутая лента, уходящую на Запад.
