Значит, ты свободен?..
Она замечает мой взгляд - облизнув кончиком языка, прикусывает нижнюю губу.
Прелюдия меня заводит.
- Я всегда свободен.
- Я помню, ты говорил, что не хочешь серьезных отношений. Ничего не изменилось?
- Не изменилось.
- Отлично.
Народу на даче Кулемина собралось много. Половину вижу впервые. Нам представляют их либо коллегами Паши, либо друзьями его новой подружки Каролины, с которой я собственно, тоже до этого момента знаком не был.
Влада осваивается быстро, находит контакт с девушкой Паши и уходит с ней на кухню.
- Как дела, Артур? Слышал, вы новый комплекс отгрохали. Скоро сдача?
- В октябре.
- По чем квадратный метр нынче? - спрашивает Кулемин, отпивая пива из бутылки.
- Узнай в отделе продаж. - отбиваю, присматриваясь к марке вискаря на столе беседки. - Оставишь нас до утра?
- Не вопрос! - кивает активно. - Любая комната на выбор.
Кидаю в бокал льда и плескаю виски на два пальца. Сегодня же суббота - нервная система требует отдыха.
- Надолго в этот раз? - указываю хрусталем на громко смеющуюся Каролину, несущую поднос с закусками.
- Надолго. Я в нее по уши. - сообщает доверительно.
- А твои где сейчас?
- В Испании. У малого аллергия на какое-то местное растение, а там чувствует себя хорошо.
Пашка Кулемин всегда влюбчивым был. Поверхностный, непостоянный, женился одним из первых в нашей компании. Заделал девчонке ребенка и так же быстро развелся. Теперь платит алименты и всегда пользуется презервативами.
- Греха и Денежки не будет. - говорит зачем-то.
- У них там вроде тоже какое-то мероприятие у его предков.
- Похер...
Сделав глоток виски, раскатываю во рту его горьковато-терпкий вкус и вдруг вижу, как в нашу сторону бодро шагает Лиза. За ее спиной не сразу замечаю Тасю.
- Привет! А вот и мы! - целует Пашку в щеку, меня приветствует взмахом руки.
Киваю.
Миронова машет ладошкой нам обоим. Смотрит при этом исключительно на Кулемина. Моего взгляда избегает.
- Как жизнь? - продолжает Ермолина. - Жены-дети-ипотеки?..
Паша, обняв ее за плечо, показывает пальцем в сторону своей Каролины - хвастает обновкой.
Я же приклеиваюсь глазами к ее подружке. Как вспомню ее, мокрую, перепуганную с этой розой идиотской, так смех разбирает.
На ней снова непонятные тряпки. Серая безразмерная кофта с воротом под горло и черные штаны, за которыми абсолютно не видно очертаний ее фигуры. С которой, кстати, у нее полный порядок. Я видел, как мокрая ткань облепила ее тело - изъянов там нет, я бы заметил.
