Чертова метель! Она разыгралась с такой силой, что не было ничего видно на расстоянии вытянутой руки. Центральные дороги чистили, но стоило свернуть на другую улицу, и ты попадал в ловушку. Ноги увязали в сугробах, и идти было просто невозможно.
Кое как я добралась до садика. Несмотря на то, что я пришла вовремя, Ярик остался в группе одним из последних детей, за которым еще не пришли.
У других были бабушки, дедушки, тети, дяди, а у нас – злопамятная свекровь и позабывший об отцовских обязанностях родной папа.
– Сыночек! Привет! – счастливая от того, что вижу своего малыша, я принялась целовать Ярика в щечки. – Ты, наверное, успел проголодаться?
– Нет. Мне бабушка Дани пирожок дала! – гордо показал обгрызанный с трех сторон пирожок с капустой Ярик.
– Ну, вот и отлично. Давай собираться, – в полумраке я принялась искать верхнюю одежду Ярика.
– Мам, а ты умеешь пирожки печь? – усевшись на лавке, поинтересовался сын.
– Умею, конечно, – выудив из нашего шкафчика теплые штаны на флисе, улыбнулась я.
– Испечешь? С картошкой?
– Испеку. И с картошкой, и с яблоками. Только завтра мы с тобой будем клеить обои. До нового года всего десять дней, а у нас в новой студии такой погром, что дед Мороз побоится заглядывать!
– Завтра день рождения Дани! Ты забыла?! – округлил глазки сын.
– Забыла… – испугалась я.
– Ну вот… а я же ему открытку подписал! Ему шесть будет! Шесть, мама!
Ярик слез с лавки и показал мне шесть пальчиков. Для него шесть лет – это целое событие.
– Что-нибудь придумаем! – не унывала я.
– И пирожков испечешь?
– Испеку. Только завтра утром, ладно?
– Даня сказал, что приглашает меня завтра к одиннадцати.
– Мы все успеем, милый! Даже купить подарок, – заверила Ярика я и ловко натянула ему на ножки штаны из флиса.
На следующее утро я встала в шесть часов утра. У кого-то суббота, а у меня четкий план, которому я буду следовать. Я вообще такой человек – если не построю план на день, буду очень нервничать. Ненавижу хаос.
Пока Ярик валялся в постели, я напекла ему целую гору пирожков с картошкой и яблоками, и даже успела развести обойный клей.
Рулоны обоев печально пылились в прихожей, а уныло ободранные стены упрямо кричали, что больше не потерпят такого безобразия.
«Что ж, отведу Ярика и займусь обоями. Глядишь, хоть половину комнаты успею поклеить», – пробегая мимо рулонов с косметичкой в руках, пообещала себе я. – «Новый год, как никак. Нельзя же в новый год остаться без обоев на стенах».
