А, оказалось всё гораздо проще и, одновременно сложнее. Мозгоправы Свободного Космоса, работая уже с самими кристаллами, подобранными после Последней Бойни 101-го Милитума, изначально хотели стереть Сознания с кристаллов, оставив только пустые Симбиоты. Которые потом вставить проверенным и преданным людям.
Практически, бюрократы древнего Государства хотели сделать то же, что и я. Получить лояльную Аримю. Но вот методы! Стереть Сознание человека, тысячи лет защищавшего Человечество? Да что, мать их, за сволочи тогда пришли к власти?
После этой информации, Овечка впала сначала в ступор, а затем в натуральное бешенство, ведь до неё и до других Милитумов донесли информацию о добровольном заключении 101-го!
Так вот, когда «стирание» Сознаний уже началось, остальные запертые в кристаллах Симбиоты смогли сделать для своих людей, с которыми они также благополучно сосуществовали длительное время в мире и согласии, только одну вещь.
Они «отключились», забрав с собой людские сознания, виртуально «окуклив» их, защищая от разрушения.
И, разорвав всю связь с внешним миром. Стирание несло массовый характер, поэтому, по прикидкам моего научного отдела, стереть удалось более семидесяти пяти процентов Сознаний. Что, мне было безусловно на руку, но одновременно мне было жаль отважных ребят из мятежного Милитума.
Самое поганое для грёбанных мозгоправов было то, что все Симбиоты Милитума, не зависимо от очищенных Сознаний «ушли в себя» одномоментно, исключив возможность использовать себя для контролируемого воскрешения.
Ожидаемо, не тронули только кристалл Артемиса. Стратег был уникальными Симбиотом, а Сознание Артемиса хранило слишком много полезной информации для блага Человечества.
Его воскресили. И приказали образумить подчинённых. Когда он узнал, что сделали с его боевыми товарищами, он убил всех Новых Правителей Свободного Космоса, до которых смог дотянуться. Его «Миротворец» подбили на подлёте к Дворцу Свободы — главному правительственному зданию Свободного Космоса.
Артемис, к сожалению, не смог устроить государственный переворот в одно лицо. Его кристалл, подобранный на месте крушения уничтоженного корабля, присоединился к кристаллам товарищей и пролежал тысячи лет до того момента, как мы случайно не бомбанули тюрягу.
Честно говоря, наблюдая за встречей старых боевых товарищей у меня на глазах навернулись слёзы.
