– Но это совершенно не обязательно, миледи! Я уже получил все ответы, которые искал.
– Ответы! – задохнулась Уитни. – Будь я мужчиной, заставила бы вас проглотить эти слова под дулом пистолета!
– Будь вы мужчиной, в этом не было бы нужды.
Уитни стояла сжав кулаки, дрожа от невыразимого гнева, стараясь подобрать слова, которые могли бы проникнуть сквозь непроницаемую оболочку, в которой заключена душа этого чудовища. Слезы выступили на ее глазах, слезы бешенства, но стоило Клейтону заметить это, как он тут же превратился в олицетворение раскаяния.
– Вытрите глаза, малышка, и я провожу вас к друзьям.
С этими словами он вытащил из кармана белый платок и протянул ей. Уитни показалось, что сердце ее сейчас разорвется от так долго подавляемых ненависти и злобы. Выхватив платок, она швырнула его на пол и резко повернулась, намереваясь поскорее уйти от него и вернуться в бальную залу. Но тут из темноты послышался голос Пола:
– Прошу извинить нас.
Коротко кивнув, он провел Элизабет мимо них к порогу бальной залы.
– Как долго Пол был здесь?! – взорвалась Уитни, вне себя от обиды и отчаяния, снова поворачиваясь к Клейтону. – Вы, низкий, гнусный… вы сделали это нарочно, устроили спектакль для него, не так ли? Чтобы он увидел? Вы хотели, чтобы он все увидел!
– Я действительно сделал это намеренно, но ради себя! – спокойно поправил Клейтон, подхватывая Уитни под руку и провожая к дверям.
Они наконец оказались в безопасности ярко освещенной бальной залы, и Уитни, немедленно отпрянув от Клейтона, холодно процедила:
– Да вы, должно быть, истинный отпрыск сатаны!
– Мой отец был бы крайне разочарован, услышав это, – ответил Клейтон с раздражающим смешком.
– Ваш отец? – фыркнула Уитни, отступая подальше. – Если вы считаете, что ваша мать может назвать его имя, значит, жестоко ошибаетесь.
Наступил момент зловещего молчания, прежде чем до Клейтона дошло, что его сейчас назвали незаконнорожденным.
Но в ответ на оскорбление он всего лишь разразился смехом. Все еще ухмыляясь, он следовал за девушкой, восхищаясь грациозным покачиванием бедер.
Ничего не видя от гнева, Уитни почти подбежала к группе гостей постарше, среди которых стояла ее тетя. Однако, не вступая в разговор, она смотрела куда-то вдаль, занятая своими невеселыми мыслями.
