Стивен непочтительно громко рассмеялся, а его мать в изнеможении прохрипела:
– Вы часто выезжали с тех пор, как вернулись из Франции?
Уитни боялась поднять голову из опасения встретиться глазами с Клейтоном.
– О да, почти каждый вечер. Хотя никто ни разу не устроил маскарада, а я так их люблю. Кажется, и милорд герцог тоже…
– А свадьбы вы любите? – вкрадчиво осведомилась Ванесса. – Если так, мы будем рады пригласить вас на свою.
И снова гробовая тишина воцарилась за столом. Уитни безуспешно пыталась что-то проглотить, но еда застревала в горле.
Она с мучительной мольбой взглянула на Стивена, но тот лишь невозмутимо пожал плечами и поднял брови, указывая на Клейтона. Уитни понимала, что Стивен велит ей продолжать, но не могла. Все кончено. И больше оставаться она не может, хотя нелепо притворяться, что ей неожиданно стало плохо. Она слишком измучена, истерзана этой бесчеловечной пыткой, чтобы задумываться над тем, что все прекрасно поймут причину ее внезапного ухода.
Она сняла с колен салфетку, положила на стол у тарелки и попыталась отодвинуть тяжелый стул, но в этот момент на пальцы неожиданно легла женская ладонь.
Герцогиня коротко, ободряюще сжала ее руку жестом, явно говорившим: «Оставайся и доверши все, что начала».
Уитни нерешительно улыбнулась. Поколебавшись, она снова положила салфетку на колени и только тогда осмелилась посмотреть сначала на Клейтона, угрюмо уставившегося в бокал, а потом на Ванессу. Она не могла себе представить, что Клейтон держит в объятиях эту гордую красавицу, осыпает жгучими поцелуями.
Лишь одна мысль об этом, вызвавшая гнев и бешеную ревность, заставила Уитни остаться.
– Надеюсь, ты не сердишься на меня за то, что выдала наш секрет посторонним? – Ванесса с виноватой улыбкой дотронулась до руки Клейтона.
– Уверена, что он ничуть не рассердился, мисс Стенфилд, – спокойно перебила Уитни, не отводя глаз от Клейтона. – Все мы иногда делаем глупости, особенно когда влюблены, не так ли, ваша светлость?
– Разве? – возразил Клейтон.
– Не замечал."
"– В таком случае у вас либо очень короткая, либо слишком услужливая память, – с вызовом ответила Уитни. – Вероятно, вы просто никогда не любили.
Бокал Клейтона со стуком обрушился на стол.
– И что, спрашивается, все это означает?! – выдавил Клейтон.
Уитни мгновенно увяла под ледяной яростью его взгляда.
– Ничего, – тихо солгала она.
Позвякивание столовых приборов постепенно возобновилось.
