В кармане платья лежит маленький тест, который только что перевернул мою реальность. Ощущаю его присутствие, словно это что-то живое.
Но ведь…. живое же. Не сам тест, конечно, а там.… внутри меня.
Там ребенок.
Совсем ещё малюсенький, наверное даже микроскопический, но живой, мой, настоящий.
Это так неожиданно.
И времени нет замереть, осознать, свыкнуться, прочувствовать.
Я теперь не одна. Теперь я беременна. Теперь я… ох-ох….
«Дыши, Люба, дыши», — повторяю я про себя, вытирая потные ладони о юбку.
В гостиной слышные голоса, смех, звон посуды.
Там все веселятся, как положено в Новый год, а я только что узнала, что моя жизнь больше никогда не будет прежней.
Выравниваю дыхание, одёргиваю одежду и выхожу. Наташка кивает мне, держа улыбку. Только она знает, что у меня внутри сейчас буря. В комнате все уже столпились за столом. Гирлянды на ёлке переливаются огоньками, лампочки мигают в такт музыке, а на столе сверкают натёртые до блеска бокалы.
Мирон стоит за столом, его сильные руки уверенно держат бутылку шампанского.
Секунда — и пробка вылетает с характерным хлопком, Наташка визжит, а муж Оли говорит, что пора Мирону собирать пояса на следующем чемпионате мира по открытию бутылок. Все смеются с шутки, Мирон же оглядывается, ловит мой взгляд и зовет:
— Кошка, давай сюда!
Я подхожу, стараясь идти ровно, не позволяю дрожи в коленях выдать моё волнение. Мирон смотрит с тёплой улыбкой, вручает мне бокал с игристым, а сам продолжает разливать остальным.
— Ну что, готовы? — громко кричит Наташка, поднимая бокал, ее голос перекрывает звонкий смех и оживлённые разговоры.
Президент по телеку говорит последние слова в этом году, часы отсчитывают последние секунды, а потом стрелки соединяются, звучит колокольный перезвон и начинают бить куранты.
Мы все поднимаем бокалы, и я ловлю взгляд Мирона. Он улыбается мне, а в глазах тепло и уверенность, от которых внутри становится так хорошо.
Он не знает, что я прячу в кармане, но одной его улыбки хватает, чтобы я почувствовала, что всё будет хорошо.
Обязательно будет.
«Семь… шесть… пять…»"
"Я поднимаю бокал, но пить не собираюсь. Просто подношу его к губам, чтобы не оставить лишних вопросов. Шампанское переливается в бокале, пузырится, отражая свет гирлянды, а у меня внутри словно растет снежный ком. Увеличивается, расширяется — это желание сказать Мирону. Открыть ему это тайну, что только-только стала известна и мне самой.
— Ура! — кричат гости и хозяйка квартиры.
