Счастью нет предела! Не изменял с мочалкой Ирой. Не изменял! А лишь играл. Господи, какое облегчение. Вот ты засранец, Волкан!"
"— Глупенькая, — он рассмеялся, прижал меня к груди, выбивая весь кислород из моих лёгких сильным рывком, а я задрожала до трясучки в его тисках. — Зачем мы только затеяли эти дурацкие игры? Как дети.
— Наверное, так вкуснее. И нескучно жить. Нагуляли аппетит.
Это что? Это я сказала? Вслух?
— Иди ко мне. Я жить не могу без тебя. Ты отравила мое сердце, Ники. Собой отравила. Моя вредная отрава.
Я не успокоюсь, пока тебя не получу. Я буду звереть и дальше, квасить морды всем подряд, кого увижу рядом со своей девочкой. Неужели ты этого не понимаешь? Я срываюсь с цепи, как бешеный пёс, от одного лишь твоего взгляда не в мою сторону, дурею от твоего имени, схожу с ума от твоего образа. Пожалуйста, будь моей. Навсегда. Будь моим небом и землёй. Планетой. Целой вселенной.
Я не знаю, что со мной происходит. Я начинаю рыдать. Вот прям всхлипывать и трястись. Эмоции меня переполняют.
Ну кого я обманываю? Да, я тоже. Теряю голову, когда вижу Волкана.
Как секирой по мозгам, я озвучиваю то, что храню под замком, глубоко-глубоко в своём сердце. То, в чем боюсь признаться даже самой себе. Чувства не обманешь. Их не перевоспитаешь. Им не прикажешь. Разве что можно посадить их под замок и мучиться, играя свою роль, как безвольная кукла в театре, как это делала я.
— Буду. Прямо сейчас. Я… буду твоей. Пожалуйста, а ты… с-стань моим первым.
Волкан делает глубокий вдох. Суровое лицо мгновенно озаряет счастливая улыбка.
Его красивые глаза загораются пламенем страсти, как два факела. Он срывает полотенце с вешалки, заворачивает меня в него, бережно, как младенца, поднимает на руки и несёт в спальню. Ураган бежит по моим венам. Я вижу его шикарное тело под мокрой рубашкой, его возбужденный мужской орган, обтянутый брюками, который настойчиво таранит мою ногу, и забываю обо всём на свете.
Я понимаю, что время настало. Нервный спазм сдавил горло.
Запаниковав, я начала лепетать вслух разные дурости:
— Сейчас.
Научи меня всему. Научи меня чувствовать. Я хочу, чтобы ты меня этому научил. Но я боюсь. Тебя расстроить. Не понравится. Я ведь ничего не знаю… Неумёха я, в общем. Стыд мне и срам. Позорище в двадцать четыре ходит девств…
— Тш-ш-ш, — горячие пальцы сомкнулись на моих губах, как прищепки. — Помолчи. Ты говоришь ерунду. — Ты правда этого хочешь? — ласково дышит в ушко, укачивая меня на руках. — Не будешь жалеть?
— Хочу. Не буду.