– Своё говно он разгребает, – жестким голосом настоящего мужика Бероев подводил итог. – В сто раз проще было бы задавить Светличного, не оглядывайся ты на Стаса.
Он заговорил о больном, не нуждаясь в ответном утешении.
– Я виноват, что Юлька пьёт?
Она отвечала не раздумывая, зная настоящую причину:
– Нет!
– Вот и ты себя не вини. Любим мы их, оттого и терпим.
– Терпела…
Сердце сжало тоской по тому светлому, что постепенно сгорало в душе. Она помнила, сколько счастья принёс Стас в её жизнь, и была безмерно благодарна за каждый прожитый вместе день.
Он подарил ей детей и принял чужого, словно родного. Но видно так решила судьба, настырно разводя их в разные стороны.
Не хотелось верить, что стала его наказанием за грехи, или он дан ей за них же.
Они по настоящего стали половинками друг друга, но очевидно любовь была яблоком, в которое забрался червь и постепенно сожрал сердцевину.
– Ковалёв замуж зовёт…
Протянула она, что раньше решила скрыть.
Бероев усмехнулся:
– Невеста замужняя, ты уж определись, какой из кобелей, что кружат вокруг, тебе нужен.
– Думаю.
Он скривился. Ну почему у женщин всегда всё сложно. Решение лежало на поверхности.
– Если говоришь, что устала, Ковалёв тот, кто нужен.
– Ты же над ним смеялся… – Нина смотрела на друга с недоверием.
– Зауважал, после приезда.
– С чего это?
– Появиться там, где тебя е..т, нужно иметь яйца. Теперь сто раз подумаешь, стоит ли раздвигать ноги перед миллиардером, с которым всё равно ничего не получится или перед чуть менее богатым, но перспективным челом.
Она отстранилась, заглядывая в зелёные глаза, по привычке выискивая в словах брюнета подвох.
– Чем?
– О! – он рассмеялся.– Стоило подкинуть задачу и сразу реветь расхотелось? – Бероев объяснял, не расцепляя рук.– Потому, что Игорь надёжен как швейцарский банк. Могу доверить ему тебя на хранение в одну из ячеек, – зелёные глаза стали серьёзными.– С ним можешь и в холдинг не влезать. Прокормит и тебя и детей. Переедите жить к нему в дом, не продавая квартиру.
– Я буду думать. Совет директоров нужен, чтоб навсегда отвязаться от Павла.
В его глазах появилась мольба. Суровый эфэсбэшник сделал брови домиком.
– Нинок, так хочется отдохнуть. Не хватать с тревогой трубку, увидев на экране твоё имя. Чтоб звонила пригласить в гости, или что-нибудь предложить. Ещё один такой год и у тебя кукуха поедет. Нельзя всё время жить в напряжении.
Нина всхлипнула, почувствовав к себе жалость.
– Что делать?– полная безнадёга в голосе.