А он, несчастный и окровавленный, целовал выроненный ею платок, испачканный в его крови, пробуя его почему-то горький вкус, а потом-таки отошел в мир иной.
Увы, я успела послушать только одну эту песню. Из-за Нинки. Сначала она мне позвонила, но по понятным причинам я разговаривать с ней не стала — все равно слышно не будет. Потом она мне написала смс:
«Ты где? Немедленно приходи к залу, где была пресс-конференция!!!»
Пока я раздумывала, идти мне или не идти, она прислала еще штук пять подобных сообщений.
Лучше пойти. Нинка скорее всего убедилась в том, что магический способ привораживания не подействовал, и теперь рвет и мечет. Может быть, даже мечтает убить экстрасенса.
Да, у нее точно ничего не получилось — ее любимый Кей во все горло поет уже вторую песню, сжимая в руках микрофон так, что костяшки пальцев побелели. И ни к кому он не приворожился. Зато выдал сейчас мощный гроул[12] в припеве, я аж вздрогнула! А глупая Нинка потеряла возможность поесть на халяву и посмотреть последний концерт в городе своих «милашек».
Я вышла из «Карамели» и с трудом нашла зал, в котором проводилась пресс-конференция. Сейчас там было относительно тихо и спокойно. Звуки рок-концерта были приглушены стенами.
Моя подруга стояла около входа в зал с крайне рассерженным видом, подпирая спиной стену. Голубые глаза пылали какой-то безграничной злобой, волосы были слегка растрепаны, ноздри трепетали.
— Ну, приворожила? — с откровенной усмешкой спросила я, приближаясь к Нинке.
— Ты дура? — не в тему спросила она.
— Нет, дура ты, Нина. Я заранее знала, что ничего не получится, — отозвалась я с превосходством. — Эта Альбина, или как ее там, жуткая шарлатанка. Но ты не расстраивайся, ты этого Кея и так закадришь. Наверное.
— Кто тебе сказал, что не подействовало? — обозленно прошипела она и стукнула кулаком по стене.
Если бы я, к примеру, видела ауру людей, как герои компьютерных игр, не сомневаюсь, что узрела бы вокруг Нинки настоящее огненное пламя!
Я опешила:
— Подействовало? Это как? — я абсолютно не верила в странную магию Альбины.
— Это обыкновенно! Но не на того! — невнятно объяснила Журавль, нервно дернув плечом. — Вот дерьмо, так ноги болят, а тут еще такое…
— Да какое? — едва ли не прыгала я вокруг подруги. — Расскажи! Что произошло?!"
"— Полнейший отстой, Катька…
Девушка принялась за свой рассказ, изредка с выражением вспоминая чью-нибудь маму или других родственников, а также прочие нелестные выражения.
