И меня снова это будет раздражать.
— Но я не могу его взять! — в панике воскликнула я, вертя в руках чудесный телефончик.
— Как-нибудь уж перебори себя, — был доволен Кей, что смог произвести на меня впечатление.
Телефон, конечно, — это очень крутой подарок, но с чего почти незнакомому парню мне дарить такие вещи? Я понимаю, что он богат, но тратить деньги на постороннюю девушку… Что же ему от меня надо?
— Кей, извини, я не могу принять такой подарок.
— И почему? Предрассудки мешают? — тут же догадался он.
— Ну да.
Если парень девушке дарит дорогую вещь, значит, ему что-то от нее надо, — отозвалась я, не в силах отвести загипнотизированного взгляда от сотового.
— Эй, ну ты совсем, — даже с какой-то жалостью поглядел на меня молодой человек. — Это просто подарок.
— Может, ты за него что-то получить хочешь, — отвечала я задумчиво. Солнце пекло все сильнее и сильнее.
— Ничего не хочу, поверь. А того, что хочу, ты мне, вероятно, не дашь.
— А как же все эти услуги… — произнесла я тихо. — Ну за подарок.
— Я не жду от тебя таких услуг, девочка, — высокомерно сказал он и засмеялся, одновременно вкладывая телефон в мою сумку.
— Но как я объясню его появление родителям и Нинке?
— Как хочешь. Какая мне разница? — пожал он плечами и вытянул руки вперед, сцепив пальцы в замок. С удовольствием потянул руки.
Хоть его и нельзя было назвать парнем очень накачанным и мощным, мускулы у него все же были, — при движении они заиграли под кожей. Да и одет он был в темно-синюю облегающую майку, которая выгодно подчеркивала его фигуру, поэтому я даже на пару секунд засмотрелась на парня и только потом не без труда отвела взгляд.
Солист «На краю» понял, что мне нравится смотреть на него. Он даже бровь поднял. И заискрился насмешливым скепсисом.
— Может быть, мне раздеться? — спросил он преувеличенно вежливо, — изучишь.
— Я на тебя не смотрю.
— Да? — он весело поглядел на меня и картинно дотронулся до ремня. — А если я…
Я в негодовании отвернулась.
— Кей, прекрати заниматься глупостями.
Да хоть ты будешь голой мартышкой по деревьям тут скакать со своей родней из обезьяньей клетки, я на тебя не посмотрю.
Да-а-а?
Да.
Он рассмеялся, сказал, что я временами могу быть милой, и уже через пару минут мы направлялись к аттракционам — мне все-таки очень сильно хотелось прокатиться на колесе обозрения, заманчиво возвышающемся над всем зоопарком.
— Как ребенок, — только и сказал Кей, увидев мои горящие глаза.
— Ты же сам предложил, — растерялась я.
