— Кей, кстати, не говори Нинке, что мы встречались, ладно? — попросила я.
— С чего вдруг? — огорошил меня парень вопросом.
— Ну-у-у, ей это не понравится, — уклончиво отвечала я.
— Почему?
— Ну-у-у, — опять протянула я, не зная, как бы половчее ему объяснить, что Нинка меня закопает живьем за такую измену, потом подожжет мою гипотетическую могилу, затем выкопает меня, отрежет все конечности, закопает вновь и опять вытащит, вздернет на виселице и будет издеваться надо мной таким образом пару лет. Наверное, даже колдуна-вуду выпишет из Африки, чтобы тот меня пару раз оживил для дальнейших пыток.
Это, конечно, жутко преувеличенная метафора, но для меня дружба с этой балдой — очень, очень важна.
— Я жду ответа, детка, — поторопил меня фронтмен известной группы, который, кажется, очень не любил ждать.
— Кей, если ты скажешь это Ниночке, ей будет неприятно и мне будет очень плохо, — серьезно ответила я.
— Ладно, я буду молчать, мне несложно, — и даже услышав его сговорчивый тон, я не спохватилась. — Но при одном условии.
— Каком это еще условии?
— Ты будешь делать все, что я говорю.
— М? Все?
— Все. Как будто бы я твой господин.
Эти слова мне показались такими «заманчивыми», что я со злости хлопнула себя по собственной коленке. Бывают же такие мерзкие придурки! Все, Кей, даже твоя внешность теперь тебя не спасет от крайне негативного мнения о тебе. «Все, что я захочу!»
А ноги тебе не протереть моими волосами? Жаль, я все-таки не произнесла этого вслух — лишь злобно сверкнула глазами.
— Наверное, ты могла бы быть очень страстной, — задумчиво произнес Кей, увидев мой взгляд. — К тебе нужен особенный подход…
— Ты больной? — напрямую спросила я. Господи, ну зачем я вслед за Нинкой ввязалась в этот тихий ужас? Я ведь так спокойно жила…
— Есть немного, — признался он. — Ну так как? По рукам?
— Нет.
— Хорошо. Только иногда я плохо умею держать язык за зубами.
— Хочешь сказать, что ты трепло? — прямо спросила я. — Расскажешь Нинке?
— Всякое в жизни может случиться.
— Нет, я не могу так.
— Соглашайся.
— Вдруг ты каких-нибудь извращений попросишь?
— Слишком плохо думаешь обо мне. Обещаю, что просьба будет легкой. Ничего такого, — насмешливо добавил он, — что сможет бросить тень на твою честь.
— Да? — скептически протянула я, разглядывая его синий кулон. Красивый, как и хозяин, но наверняка топаз холоден, как и сам Кей.
Если я соглашусь, он ведь правда ничего не расскажет моей лучшей подруге? И… я всегда смогу его обмануть. Наверное.
