— Точно, парня нет, зато есть два парня, — криво улыбнулся дядя, — того и глядишь, скоро третий появится, такими темпами-то.
— Да ладно вам, — примирительно произнесла сестренка, — Леша, сходи лучше в школу, а?
— Нет, — тут же отказался он, — извини, я занят и все такое.
— Но ты даже не спросил, когда! — возмутилась сестра. — А меня новая классная убьет, если завтра кто-нибудь не прибудет для разговора с ней.
— А что ты опять сделала? — заинтересовался Леша. — Кого-то ударила, что-то разбила, нахамила училке?
— Подралась с Кирьяновой, — повесила голову девочка.
Кирьянова Лера, ученица десятого класса, была мне известна — сестра постоянно о ней что-то говорила, и самыми лестными словами, которыми девочка наделяла Леру, было что-то вроде «свинья немытая» и «позерка тупая».
— Почему я никогда не дрался, и твой отец тоже, и наш вечный ребенок, — кивнул на меня дядя, — тоже не дрался? Даже этот имбецил, пожирающий приготовленные мною блюда, умудрялся не устраивать драк, хотя его, я просто уверен, мечтали побить все местные хулиганы.
— Ничего они не мечтали, — с полным ртом пробубнил брат.
— Точно, они сразу били. Но не в этом дело. Объясни мне феномен своей задиристости?
— Кирьянова — дура! Она хотела у меня автограф любимой группы забрать!
— Ну, отдала бы, — пожал плечами Леша, — на фига тебе бумажки всякие?
— Ага, разбежалась! Это мое сокровище! Моя няшечка. Да я чуть не облезла, пока автограф достала этот! А бака[15] облезлая Кирьянова возомнила себя крутой бабой и ходит по школе, ко всем пристает! Думает, что если в десятом классе — то ей все можно, недонефорша тупая!
Леша, считающий себя эстетом, поморщился, услышав речь племянницы, хотя сам мог сказануть словечки куда более хлесткие и обидные.
Но, как говорится, в своем глазу и бревна не замечают.
— Вот поэтому мне классная и сказала в школу без родителей не являться завтра. Иначе со мной будет директор сама разбираться, — хлюпнула носом сестра. — Приди, а?
— Я на ближайшей неделе не смогу, уж прости.
Много работы, — с этими словами Алексей тоже поспешил покинуть кухню.
По-моему, дяде больше в школу идти совсем не хочется — он от тамошних учительниц натерпелся. А среди школьных преподавателей как раз царствует что-то вроде вселенской тоски по красивым и статным молодым людям.
— Катя, придется все-таки тебе, — строго поглядела на меня Нелли, — видишь сама, мужики в нашем доме — бесхребетные создания."
"— Ты где таких фразочек понабралась?
— У жизни.
