– Карма такая вещь… Это ведь не когда с тобой случается то же самое, что ты делал с другими. Это когда… тебе придется пережить то, что чувствовал тот, кого ты обидел. Понимаешь разницу?
– Ты думаешь, сможешь мне организовать ту степень отвращения, что испытывает твоя жена, когда я заставляю ее есть мясо?
Изо всех сил я пытаюсь сейчас не сказать лишнего. Карандаш в моём кулаке ломается на несколько кусков, больно впиваясь в кожу.
– Это угроза?
– Не трогай её. Я отдам бабки. Завтра.
Он скидывает вызов.
* * *
Передо мной сумка с бабками.
Триста.
Ворон, Рая и еще несколько людей, которые посчитали нужным помочь в моей ситуации. Не знаю, как я буду рассчитываться с ними – сейчас мне это все равно.
У ангара в нашем фургоне четыре спецназовца, бывшие сослуживцы Кита. Он инструктирует их. Мой телефон «заряжен» на несколько различных инстанций, начиная с антитеррористического отдела ФСБ до сверх упакованной скорой. Я, бл*ть, не знаю, чем это закончится…
Мне так и не удалось уснуть. И я снова ускоряюсь, делая себе «дороги».
Две чуть более жирные дороги. И это уже не так эффективно, как вчера. Но всё еще бодрит.
Звони!
Маюсь, бродя по офису.
Ментал!
– Волк, я принес. В такие бабки обошлось, ты не представляешь!
В его руках небольшой контейнер, похожий на аккумулятор. И держит он его двумя руками.
Свинец…
Отставляет его подальше, с усилием поднимая на подоконник.
– Вот пустышки, – дает он мне в руки две пилюли.
Ссыпаю в нагрудный карман.
– В контейнере пять заряженных, там порошок плутония.
В дозировке, которая выстрелит ярко дней через десять. До этого различные недомогания. Но ни в какой больнице не вычислят, естественно. Им просто в голову не придет сделать радиоактивный анализ. И аппаратуры такой нигде нет.
– Ты проверил их? Вдруг тебе продали пустышки?
– Мой счетчик Гейгера щелкал, как сумасшедший.
– Они фонят сейчас?
– Нет. В этом контейнере еще один маленький.
– Сколько безопасно держать его в руках без большого?"
"– Ну… наш биофизик уверял, что час-два максимум, потом пропить вот это от греха, – отдает мне стандарт таблеток.
– Без контейнера минут десять-пятнадцать – терпимая доза облучения. Больше нежелательно. Сорок минут уже плохо. Час – ОЧЕНЬ плохо. Как ты засунешь в него это?
– Я не знаю. Но я ему это СКОРМЛЮ.
Звонит!
– Волков.
– Так, Волков. Чтобы никаких фокусов. Берешь волшебный чемоданчик, едешь на кольцо со стороны Домодедова, – это в направлении их бункера, и есть надежда, что я не зря отправил туда свой спецназ.