Она кивает и начинает толкаться мне навстречу. Ее острые соски маячит перед моим лицом, и я не сдерживаюсь, втягиваю их в рот. Сладкие и ванильные… я дурею от запаха и продолжаю яростно их целовать, слегка прикусываю губами, отчего Ася вскрикивает.
– Иди сюда…
Я обхватываю ее за шею, толкаю лицо на себя и впиваюсь поцелуем в губы. Я не фанат этих нежностей, но с ней захотелось. Попробовать ее губы на вкус и сравнить с сосками, от которых мой мозг отказывается соображать. В поцелуях она столь же неопытна, сколько в сексе, но даже это не мешает.
Мне приятно целовать ее распухшие губы, пробовать их на вкус, посасывать язык.
Ася не стесняясь стонет мне в рот и впивается ногтями в мои плечи. Она кончает еще раз, крепко сжимая мой член. Меня хватает на какие-то мгновения, после чего я резко опрокидываю ее на спину, делаю пару финальных толчков и со стоном обхватив член, кончаю ей на живот.
– Можно я в душ схожу? – слышу через минуту после того, как ложусь рядом с ней.
– Да, конечно. Чистое полотенце в тумбочке под умывальником.
– Спасибо.
Через минуту я слышу хлопок двери, а через две в душе начинает шипеть вода в ванной. Я слишком вымотан нашей близостью, чтобы встать и пойти к Асе спросить, все ли в порядке. Да и не уверен, что она хочет меня видеть прямо сейчас. Вероятно, она поэтому сбежала сразу в душ, чтобы побыть одной.
Минут через пять я встаю с кровати, вытираю капли спермы полотенцем и одеваюсь. Недавняя девственница может и смутиться от того, что между нами было. Удивительно, но я думаю о девушке.
Обычно меня это не заботит. Я вызываю партнершам такси и без сожаления с ними прощаюсь. Лера вот, сама уезжает сразу после секса и душа. Асю почему-то хочется оставить. И спросить, как ее зовут на самом деле.
Одновременно с натягиванием майки на голое тело слышится хлопок входной двери. Поначалу кажется, что послышалось, а затем я прислушиваюсь и понимаю, что вода в душе больше не течет. Из спальни выхожу размашистым шагом. Дверь в душ открыта, но девушки там ожидаемо нет. Как и в квартире.
Я успеваю убедиться в том, что ее обуви в прихожей нет, а мой кошелек там, где я его и оставил – на тумбочке у двери. Все банковские карты и деньги на месте, техника – тоже.
Она не воровка. Это я понял еще когда она хлебнула вина с моего стакана. Но я все равно чувствую себя обворованным. Не могу избавиться от ощущения, что меня поимели. Радуйся, Багров, радуйся! Тебе посчастливилось трахнуть девственницу и не искать предлог, чтобы отправить ее домой.
