Поднявшись с постели, я, как была, прямо в пижаме, приоткрыла дверь комнаты и выглянула в гостиную. От представшего глазам зрелища хотелось рассмеяться, но я лишь сложила на груди руки и продолжила наблюдать.
Не обращая внимания на спящих гостей, мама от души окунулась в уборку. Я знала эту ее привычку: каждое утро у нее начиналось с фанатичного наведения чистоты. И при этом ее совершенно не волновало, что все остальные обитатели дома могут еще мирно спать и оказаться садистки разбуженными…
Но сейчас мамина любовь к уборке была весьма кстати.
Я знала, что едва стоит пригласить маму пожить у нас, как первым делом она возьмется за наведение порядка. Причем исключительно по своим представлениям: многие вещи после того, как она прибралась, найти потом было попросту невозможно…
Пылесос в маминых руках, тем временем, подкрался опасно близко к пижамным штанам Инги, спавшей с Олесей вместе на диване. Законная жена моего мужа испуганно подскочила на постели, когда одну ее штанину все-таки коварно засосало, заодно задев ногу…
- Ааааа! - раздался вопль и захватчица жилплощади ошалевшими от неожиданности, еще сонными глазами, уставилась на мою маму.
- Что происходит?! Вы вообще кто?!
Мама сурово подбоченилась, оглядела ее с ног до головы и, не торопясь освобождать от прожорливого пылесоса, без стеснения проорала в ответ:
- Я-то кто?! Это вы кто?!
Краем глаза заметив меня, мама наконец все же отключила пылесос и поинтересовалась:
- Карина, Яков что, стал так мало зарабатывать, что вы пустили к себе квартирантов?
Я уловила разгневанный взгляд Инги, чей сон так бестактно прервали и, подойдя ближе, ответила:
- Напротив.
У него все настолько замечательно, что он может себе позволить завести сразу две семьи.
- Так это та самая… - протянула мама.
- Та самая, - подтвердила я.
Пылесос снова угрожающе воспрял в маминых руках, но прежде, чем та, явно целясь Инге прямо в волосы, успела его включить, в диалог вступила Олеся, чьего пробуждения мы не заметили…
- Может, вам помочь? - предложила она вежливо моей маме, кивая на пылесос.
Мама удивленно застыла, даже Инга рот приоткрыла от изумления…
- Деточка, ты что? - тут же смягчилась мама. - Маленькая ты еще…
- Мне уже восемь, - серьезно откликнулась Олеся.
- Вот оно как…
Мама явно была обескуражена и присутствием, и поведением хрупкой болезненной девочки, поэтому вновь вмешалась я:
- Олесь, если хочешь, то можешь помочь мне приготовить завтрак.
