Если что-то случится, они будут отвечать головой.
Задержанные по одному вышли из сруба, стали переругиваться с партизанами.
– Есть мнения, товарищи? – поинтересовался Шубин.
Командир отряда озадаченно почесал шрам на лысине и ответил:
– Вроде гладко чешут, товарищ Шубин. Хотя кто их знает, мутные они, не наши. В каждом из них некая червоточинка имеется.
– Мне они тоже не нравятся, – сказал Навроцкий. – Копни их глубже, и наверняка хмарь полезет. Я в этом даже не сомневаюсь.
– Любого копни, хмарь полезет, – заявил Глеб.
– Ну, или почти любого. Прошу простить, не имею в виду присутствующих. А вы, парни, как? – Он повернулся к своим бойцам. – Сложилось мнение?
– В своих профессиях они не плавают, как мы на экзаменах, товарищ лейтенант, – проговорил Краев. – Тот, что с конезавода, точно обращался с лошадьми, знает про них не понаслышке. Со структурой племенного завода знаком, проводил там время. Но когда это было? Может, он еще в Гражданскую поднаторел, кто знает? Инженер действительно знаток. Он не просто набор фраз вывалил, а все по теме.
Видно, что специалист. Точно говорю. Я два с половиной года на горного инженера учился, сопромат проходил, теорию машин и механизмов. Про газетчика ничего не скажу, но чувствуется спесь. Не выбила еще ее война. Он близко к власти находился, выступал от имени и по поручению.
– Не похож никто из них на высокопоставленного командира, – заявил Карабаш. – Ни выправки, ни стати. Небритость опять же, которой настоящий офицер будет хотя бы стесняться. Условия не позволяли привести себя в порядок, но они уже три дня в отряде, и никто не побрился.
Это должно быть на уровне инстинкта.
– Как раз ничего подобного, – сказал Краев. – Инстинкт инстинктом, но для чего голова на плечах? Если кто-то хочет скрыть настоящую личность, то и бриться не будет, и осанку свою не покажет, и словечки интеллигентные употреблять не станет. Но где-то он себя выдаст, в этом можно не сомневаться.
Жизнь продолжалась. До Нового года оставалось три дня и три ночи. Зима уже не зверствовала, морозы ослабли.
Подошел обширный антициклон, и весь район завалило снегом. Задули ветра, усилились бураны и метели. Над землей постоянно вихрилась поземка. Деревья отяжелели под грузом мокрого снега.
На базе чувствовалось напряжение, люди готовились к рейду. Приказа еще не было, но приготовления шли. В командирской землянке несколько человек корпели над картой. Люди, знакомые с Бурмихой, принимали участие в обсуждении, яростно спорили, доказывали свою правоту.
