Я Громова ведь не просила, но он сам проявил инициативу, да и фото в одиночку у меня нет.
Ладно, надо выбрать фото. Листаю то, что наснимал Артем и понимаю, что не могу выбрать. Каждое фото мне нравится и просто идеально. Несколько выложу, что уж поделать. Но, конечно, не те, которые на грани. Их на карусель обоев заблокированного экрана, на рабочий экран поставить не смогу, потому что там мой шеф на фоне заката.
Стоило выложить новый пост, и страничку буквально порвали комментариями. Еду, улыбаюсь, как дурочка, читая о том, какой мой бывший-изменщик идиот, какая я красотка, какой мужчина рядом идеальный.
Попадаются комментарии с вопросами, что если я такая красавица, то насколько красива должна быть сестра, чтобы к ней уйти?
Смущенно признаюсь, что не такая уж и красавица в обычной жизни, это все макияж, платье и в целом образ. Обещаю потом выложить и себя обычную на даче с козочками для сравнения.
Все, хватит на сегодня сетей. Убираю телефон.
— Скоро приедем, — говорит Демид, заметив, что я закончила.
Включает музыку громче.
Ух, как все-таки волнительно. Внутри все так и сжимается.
Замечаю, что впереди нас едет чей-то свадебный кортеж. Демид втапливает педаль газа так, что меня вжимает в кресло, и мимо кортежа мы пролетаем так, что я ничего толком не успеваю рассмотреть.
И вот, мы подъезжаем ко входу в банкетный зал. В входа на удивление много людей, но подъезд ко входу чист, машин нет.
Громов на скорости подъезжает, круто паркуясь прямо возле моих родителей, стоящих впереди толпы, лихо, резко тормозит тормозит с громким визгом тормозов.
Родители держат в руках нарядный каравай. Рядом с ними, но чуть позади разряженная тетушка Элина.
Поначалу люди явно не понимают, что вообще происходит, откуда эта оранжевая машина и зачем здесь встала. На лицах легкое недоумение, хмурятся.
Затем, первым, из машины, выключив неприлично громкую музыку выходит мой великолепный, нарядный и идеальный шеф. Лица людей начинают вытягиваться.
Босс обходит машину, открывает мою дверь и подает мне руку.
Выхожу очень медленно, плавно. Сначала одну ножку в золотой туфельке, вторую. Выхожу со спокойной, уверенной и радостной улыбкой. Спокойствия на самом деле не чувствую, но никто сегодня этого не заметит.
Все, на гостях лица нет, глаза выпучены, и сейчас вылетят из орбит. Полнейший шок и непонимание.
— Марианна? — неуверенно произносит тетя.
И тут нас нагоняет тот самый кортеж.
