— Демид Алексеевич, а долго ли вообще у вас личные помощницы задерживаются?
— Больше трех месяцев, это точно.
— И это как правило потому что у них особо выбора нет. Разве не так? Хотя на самом деле я не понимаю почему о вас ходят легенды как о, хм, сложном начальнике, с которым трудно работать, я пока ничего страшного с вашей стороны не ощутила.
— Но и о вас в пору слагать новую корпоративную легенду.
— Да? Почему?
— Мне вчера звонил ваш прошлый начальник, да и и как раз сейчас снова звонит, только я звук выключил, чтобы не отвлекал.
Громов показал мне экран своего телефон, на который и правда в данный момент звонит контакт с именем моего бывшего шефа.
— И зачем он звонит?
— Буквально плачет. Просит вас ему вернуть. Уже что только не предлагал и как не соблазнял. Вам еще не звонил?
— Нет.
— Говорит, что после вашего ухода попытался временно раскидать ваши обязанности на остальных сотрудников, но никто не берет, и когда в отделе узнали сколько вы делали, то по их расчетам, понадобится на этот объем нанимать трех сотрудников разных специальностей.
— Ну это он перегибает палку, — весело фыркаю.
Еще немного поболтали с начальником. Главное, что он отвлекся от мысли о моем опоздании. Ну и неожиданно очень приятно было угодить ему с чаем. Вот казалось бы все лишь угадать со вкусом чая, а ощущение, как будто одержала большую победу. Только вот за что я воюю неясно. Не думаю, что надолго задержусь на этой работе. Скорее всего и правда по окончанию лета перееду. Даже если не удастся продать участок по адекватной цене, продам хоть с небольшой выгодой, и… пока не знаю.
Впервые я плохо представляю, что буду делать и как жить. Но в любом случае с наступлением холодов, жить практически на природе не вариант. Сниму квартиру, вероятно, переберусь обратно в цивилизацию.
Шеф дал первое задание. Сегодня производственное совещание, надо все подготовить. Я смогу поприсутствовать. Думаю, будет интересно. Эх, а Семен Петрович так документы и не подписал, которые пойдут на совещание. Идеал все порвал, а я сколько не объясняла, как об стенку горох.
— Доброе утро, Марианна Андреевна.
Невольно вздрогнула. Только о нем подумала, и вот он здесь. Завхоз без стука заходит в приемную, весь такой улыбчивый, преувеличенно радостный.
— Доброе, Семен Петрович, — улыбаюсь мужчине не менее радостно. — Никак, документы переделанные принесли, раз так довольны?
— Ох, Марьяшечка, — вздыхает завхоз, подходит к столу и… торжественно водружает на него огромную корзину.
