— В продольном направлении одни бороздчатые, другие нет. Большинство содержат двуокись титана в разной концентрации. Это означает, что они полуматовые. Есть матовые. Есть блестящие. Диаметр довольно большой, близок к диаметру ковровых волокон, но профиль поперечного сечения меняется.
— То есть у нас есть десять волокон разного происхождения?
— По крайней мере, так представляется на данный момент. Они определенно атипичны. Если их оставил убийца, то получается, что он носил на себе весьма необычный набор волокон.
Ясно, что более грубые — не от одежды, потому что они напоминают ковровые. Но и к коврам внутри дома не относятся. Странно вот еще что. Человек постоянно, на протяжении всего дня, цепляет на себя самые разные волокна и частицы, но долго на нем они не задерживаются. Вы садитесь, цепляете нитку, потом теряете ее, когда садитесь где-то еще, и цепляете совсем другую. Или частицы просто сдувает воздухом.
Я ничего не понимала. Джони перевернула страницу.
— Кроме того, доктор Скарпетта, я исследовала образцы, собранные методом вакуумной чистки.
Тут, доложу я вам, чего только нет. Особенно в образце, взятом с молитвенного коврика. — Она дошла до списка и начала читать: — Табачный пепел, розоватые бумажные частицы, совпадающие с маркой на сигаретных пачках, стеклянные шарики, пара кусочков битого стекла от пивной бутылки и автомобильной фары. И, как обычно, разной величины остатки растений и насекомых и металлический шарик. Много соли.
— Соли? Столовой соли?
— Да, столовой.
— И все это было на молитвенном коврике?
— На нем и на полу в том месте, где обнаружили тело. То же самое на теле, под ногтями и в волосах.
Берилл не курила. Как могли попасть в ее дом табачный пепел и частицы бумаги от сигаретной пачки? Столовая соль ассоциируется с пищей, и в спальне наверху, а также на теле ей делать совершенно нечего.
— Марино принес шесть образцов. Все они с ковров и с тех участков пола, где нашли кровь, — продолжала Джони. — И еще я взглянула на контрольные образцы, взятые с ковров и пола в тех местах, где не обнаружено ни крови, ни следов борьбы и куда убийца, как предполагает полиция, не заходил.
Они сильно отличаются. Вывод: значительную часть мусора, обнаруженного в образцах с места преступления, убийца носил с собой. Может быть, на подошвах обуви. Возможно, на одежде или в волосах. Мусор оставался везде, куда он заходил, где останавливался, к чему прикасался.
— Какой-то неряха, — пошутила я.
