‒ И когда ты так повзрослела? ‒ Проводит ладонью по волосам, взъерошив длинные серебристые пряди, и усаживается на край кровати, словно непрошенный гость, которому неуютно в моём присутствии. ‒ Я пропустил этот момент. ‒ Улыбается. По-отечески, по-доброму, как папа, которым он был несколько лет назад.
‒ Просто ты смотрел в другом направлении. Всё внимание перетянули на себя Вера и Катя.
‒ Кстати, о них… ‒ А вот и настоящая причина, по которой отец сейчас в моей комнате.
‒ Если ты пришёл отчитать меня за сказанное несколько часов назад ‒ зря.
Я не сожалею. Угрызений совести не испытываю.
‒ Просто прошу быть… мягче. ‒ Опускается передо мной, зажимая ладошки в своих тёплых руках. ‒ Самую малость."
"‒ Пап, давай начистоту. Последние пять лет Катя настырно вваливалась в мою жизнь, не принимая отказов. Я мягко пыталась донести, что её дружба мне не нужна, но при этом готова к общению и взаимодействию. Она ‒ человек без тормозов, неспособный понять, что на момент её появления, моя жизнь, как и круг общения, уже сформировалась, и кого-то нового близко подпускать я не желаю.
И вот, когда я расслабилась, удостоверившись, что её жизненные ориентиры развернулись на сто восемьдесят градусов, она изгадила мою свадьбу. Не надо сейчас её оправдывать, ‒ останавливаю отца, открывшего рот, чтобы встать на защиту Кати, ‒ ты не видел выражение её довольного лица, когда я открыла дверь туалета. И, что бы она тебе не говорила, уверена ‒ всё было спланированно заранее. А Олег, которого ты называл серьёзным и надёжным, так глупо повёлся на провокацию.
Я исключила Веру и её дочь из своей жизни. Обратно возврат не предусмотрен.
‒ Вера ‒ моя жена. Просто напомню. И обе женщины живут в моём доме, как и ты.
‒ Тогда отпусти меня. Позволь съехать из твоего дома и построить свою жизнь.
Отец поднимается, недовольно хмыкая. Эта тема поднималась ни раз, но результат всегда одинаков ‒ сиди и не рыпайся.
‒ И куда?
‒ Куда угодно. Через полгода я закончу институт, устроюсь на работу и вполне смогу обеспечить себя.
Я неприхотлива и спокойно смогу отказаться от многого без надрыва и сожалений. Мне не нужны горы вещей, чтобы чувствовать себя счастливой. В отличие от некоторых.
Задумчиво ещё раз осматривает комнату, останавливаясь взглядом на мне. В глазах плещется тревога, подогреваемая сомнениями и не желанием отпускать взрослого ребёнка в большой мир.
‒ Из этого дома ты уйдёшь только замуж.
Вполне спокойно реагирую на его заявление, не надеясь на что-либо иное.
