Мужчина должен быть с лёгким налётом хамоватости, понимаешь? Когда в глазах окружающих он невыносимый хам, которого хочется послать куда-подальше через пятнадцать минут общения, а с тобой заботливый и нежный до визга.
Неосознанно в памяти всплывает образ Глеба: фирменная ухмылочка, резкие высказывания и глубокие поцелуи. Полгода прошло, и я наивно рассчитывала стереть из воспоминаний наглого блондина, с которым провела ночь. Я почти о нём не думаю: немного утром, немного вечером и чуть-чуть ночью. Всего-то…
‒ Проснись и пой!
‒ А?.
.
‒ Арин, приехали говорю. Выходим. ‒ Настя подталкивает меня, подгоняя в спину.
Илья глушит машину, смиренно ожидая на парковке, когда закончатся наши занятия. Полгода до защиты диплома, работа над которым в самом разгаре, но движется очень медленно. Я по наивности выбрала сложную тему, информацию для которой приходится выжимать по капле из множества источников.
Посещаем две пары, и отправляемся к своим кураторам, чтобы обсудить ошибки и не состыковки. Задерживаюсь на несколько часов, обсуждая каждую строчку в работе.
Преподаватель терпеливо указывает на каждую ошибку, объясняя, что именно нужно подправить и отпускает меня с кучей правок."
"После неудавшейся свадьбы, я стараюсь меньше времени проводить дома в обществе Веры и Кати. И, если жене отца достаётся хотя бы скупое приветствие, то сводная сестра исключена из списка людей, с которыми мне приятно пересекаться ‒ минимум общения и существование друг от друга на максимально удалённом расстоянии.
Насколько я поняла, папа предлагал Евдокимову Катю в качестве невестки, но он наотрез отказался, сославшись на невозможность такого брака по причине отсутствия кровного родства. Вероятно, Олег с подачи отца делает попытки наладить общение, потому что, несмотря на несостоявшийся брак, папа и Евдокимов всё равно создали новую компанию, занимающуюся перевозками по всей стране. Несколько раз мы беседовали, обсуждая возможность прощения Олега, но я оставалась непреклонной и никакие доводы со стороны отца не помогли изменить моего решения.
Я чувствую, как на меня давят, склоняя к браку с Евдокимовым, и даже Вера пару раз обмолвилась, что ничего ужасного не произошло ‒ все изменяют. Но пока я стоически отбиваю все предложения и нападки, которые летят в мою сторону. Мне нужно продержаться полгода, чтобы, устроившись на работу, а ещё лучше уехав за границу, покинуть дом отца и выскользнуть из-под его опеки.
Самое ужасное, что даже мама не может мне помочь.
