Я видела в окно, как папа бежал за автобусом, - она снова плачет и закрывает лицо ладонями
- Мама, Лау так плакала, я не знала, что делать. Весь автобус на нас смотрел. Мы даже не знали, куда едем. А потом мне позвонила Азиза. Она предложила подвезти нас домой. Мы вышли на первой же остановке и Азиза с водителем нас забрала.
Я умылась слезами, утопила в них свое сердце и остатки разума. Их боль – это моя боль. Их разочарование – мое разочарование. И я только сейчас поняла, что Рустам предал не только меня, но и их.
И я не должна еще больше топить его перед ними. Не должна говорить гадости об отце. Не должна. Но так хочется!
Поднимаюсь на ноги и сажусь рядом с Анель. Крепко обнимаю ее и подставляю свое плечо, чтобы она выплакалась.
- Мама, ты знала, что у папы есть токал? – отстранившись, спрашивает меня.
- Узнала недавно, - ком в горле мешает говорить, - в день его рождения.
- Значит, это правда, нам не показалось, - разочарованно мотает головой Анель. – У папы есть другая семья и другой ребенок.
А как же мы, мама? Он больше не любит нас?
- Нет-нет, не думай так, - глажу ее по мокрой щеке. – Он вас очень любит. Вы его дочери, а он ваш папа. Этого никто не отнимет. Просто так получилось, что он встретил другую женщину и у него к ней чувства и…ребенок.
Кусаю губы до крови. Что я несу? Другая женщина, чувства, ребенок – все эти слова ножом по сердцу и контрольный в голову. Почему я, а не он объясняет детям причину своего адюльтера?
Слышу, как тяжело дышит младшая дочь. Ее трясет от слез, а я не знаю, что делать.
В этот момент в комнату влетает Рустам. Он запыхался, пока летел на второй этаж. На нем лица нет. И в этот момент я верю, что это была случайная, но роковая встреча.
- Анель, Лаура. Я все объясню, - он переводит взгляд со старшей дочери на младшую и бросается к кровати последней. – Лаура, малыш, то, что вы видели, это…
- Не трогай меня! – истошно кричит младшая дочь и отползает к краю кровати.
Рустам пытается обнять ее, но она начинает пинаться и размахивать руками.
- Нет! Нет! Нет! Уйди! Не трогайте меня! Уходите!
Муж ошарашено смотрит на меня в поисках поддержки и ответов. А у меня их нет! Я никогда не сталкивалась с подростковой истерикой. Это первая. Мои девочки всегда были спокойными, покладистыми. Даже золовки говорили: «Повезло вам с Рустамом. Ваши девочки такие тихие, не то, что наши пацаны». Но сейчас Лауру не узнать. Она кричит дурниной, плачет, брыкается, не давая до себя дотронуться.
-Лаура, доченька.
