- Простите, а вы кто?
- Меня зовут Жанель Мансурова, - представилась она, а у меня внутри все похолодело, когда я поняла, кто это. – Я вдова Саида Мансурова. Я знаю, что вы пробивали его токалку.
- Я… - не нашлась с ответом.
- Я вас понимаю. И мне кажется, нам надо встретиться и поговорить. Я ведь, как и вы, тоже была когда-то старшей женой.
Глава 40
Айлин
Припарковалась у ресторана, где мы договорились встретиться с Жанель Мансуровой – той самой вдовой первого покровителя Томирис. Не могу унять дрожь и смятение перед разговором с женщиной, которую увижу впервые, но которую понимаю, как никто другой.
Набрав воздуха в легкие, выхожу из машины и раскрываю зонт. Снова льет как из ведра, на пороге уже ноябрь."
"Зайдя в ресторан, сразу же натыкаюсь на хостес и называю имя Жанель, которая заказала столик на свое имя. Приятная девушка провожает меня в ВИП-кабинку, что меня, конечно, удивляет. Она открывает мне дверь, и я вижу женщину, сидящую за столом и что-то бурно обсуждающую по телефону. Как только она видит меня, то бросает в трубку «перезвоню» и сразу же встает.
- Айлин, здравствуйте. Я Жанель, - она протягивает мне руку, и я не могу отметить, как эта женщина хороша собой. У нее очень мягкая, нежная кожа рук, красивый, дорогой маникюр и золотой браслет «Картье» на запястье. В ней все идеально: укладка, макияж, платье с длинными рукавами. Не могу понять, сколько ей на самом деле лет – может, чуть больше сорока?
- Очень приятно. Присаживайтесь.
- Благодарю.
- Мы вас позовем, когда выберем, - улыбается она официантке, вошедшей следом за мной.
Наступает неловкая пауза, во время которой мы с Жанель рассматриваем друг друга и ищем подходящие слова, чтобы начать разговор.
- Как ваш, - она запинается на следующем слове, но быстро исправляется, - бывший муж?
- Спасибо, хорошо. Пришел в себя.
- Я слышала, инфаркт?
- Да, верно. Инфаркт за рулем. Чудом выжил.
- О Аллах! – вздыхает Жанель. - Какая роковая женщина! У одного инфаркт после оргазма, у другого – прямо за рулем. И в обоих случаях рядом была она.
- Да, - уголки моих губ дрожат и я опускаю глаза от того, что мы обе – заложницы абсурдной ситуации.
- Вы не бойтесь, Айлин. Я научилась называть вещи своими именами. И у меня уже все отболело, остыло, умерло. Когда-то я тоже была на вашем месте, только мне пришлось хоронить своего мужа, ловить взгляды завистниц из своего круга, которые на людях сочувствовала, а за спиной глумились надо мной и смеялись, что Саид отдал Богу душу прямо на токалке.
