Выйдя на улицу и оглядевшись по сторонам, заметила Арсена, который сидел на скамейке напротив магазина, и разговаривал по телефону. На его коленях лежал букет цветов. Мой доктор смотрел куда-то в сторону, а потом повернул голову, и мы встретились с ним взглядами. Не знаю, что со мной произошло в этот момент, но я и растерялась, и обомлела и раскраснелась. Его добрые, черные глаза смотрели на меня так, будто я была единственным человеком на этой улице. Он встал со скамейки, и мы сделали несколько шагов навстречу друг другу.
- Здравствуйте, Айлин! – непривычно тихо сказал он.
- Здравствуйте, Арсен Ильясович! – ответила я.
- Может, уже перейдем на «ты»?
- Можно.
- Тогда это тебе, - спохватился доктор и протянул цветы. Я приняла их и тут же поднесла к лицу, чтобы вдохнуть аромат.
- Спасибо!
- Мы хотели чаю попить, но если честно, я после работы проголодался. Давай поужинаем? - он как-то по-детски спрятал руки в карманы черной кожанки.
-Давай. Если честно, я тоже очень хочу есть, - и снова я не удержалась от улыбки.
Улица Панфилова в самом сердце города несколько лет назад стала прогулочной. Она начинается с театра оперы и упирается в Арбат. По разным сторонам улицы находятся рестораны и кафе на любой вкус. Сюда же вечером выходят уличные музыканты: кто-то играет на гитаре, кто-то скрипке, а кто-то на домбре. Горожане очень любят это место за красоту, атмосферу и дух старого города. Некоторые любят сравнивать Улицу Панфилова с барселонской Рамблой. Соглашусь, пожалуй.
Вскоре мы устраиваемся за столиком в милом, небольшом кафе.
Официант забирает букет и ставит его в вазу. Делаю себе в голове пометку – не забыть забрать цветы и придумать потом историю для дочерей, как они у меня оказались.
- Как дочка? – интересуется Арсен.
- Намного лучше. Она давно так не болела.
- Бывает. Хорошо, что вовремя начали лечение. А то с пневмонией было бы сложнее.
- Даа, я болела ковидом. Помню, как это ужасно.
- Не говори. Как вспомню эту пандемию…- качает он головой.
- Ты ведь был на передовой.
Тяжело было?
- Жутко. У меня отец сильно заболел. Но не в первую волну, а позже. Был на ИВЛ.
- Как страшно. Но все хорошо?
- О да, - неожиданно усмехается он, - Когда его увозили на скорой, мама ему пригрозила, чтобы он не умирал, потому что она его и на том свете достанет. Мы сейчас шутим, что он просто испугался.
Я начала глупо моргаю глазами, а потом заливаюсь смехом.
- Как мило! Давно они вместе?
- Ну получается, - Арсен задумывается, - 45 лет.
