И если Анель шатко-валко, но разговаривает с Рустамом, то Лаура ушла в глухую оборону и теперь молчит. Это угнетает всех участников конфликта. А что мы еще хотели? 15-летний подросток сейчас очень уязвим, а тут еще неожиданная новость о второй семье отца. Завтра же займусь поиском хорошего психолога для девочек.
- Ничего, это мы все обсудим на встрече перед первым слушаньем. И не переживайте! – адвокат доброжелательно мне улыбнулась.
- Знаете, мне немного неловко, потому что я всегда была замужем. Именно «за мужем».
Он работал, я занималась домом, детьми, сопровождала на приемах и сама организовывала их у нас дома. Все, что вы перечислили, купил мой будущий бывший муж. Я ничего своего туда не вложила, хотя у меня были деньги с аренды маминой квартиры. Все и всегда покупалось на средства мужа. Он сам говорил, что мне не о чем беспокоится. И теперь мне очень интересно, как он себя поведет.
- Вы были ему верной женой? – Катя пристально смотрит на меня, словно следователь на допросе.
- Да.
- Вы обеспечивали ему надежный тыл?
- Да.
- Вы сопровождали его на светских мероприятиях. Он хоть раз краснел за вас?
- Нет, - усмехаюсь я. – Он гордился, что я полиглот и могу свободно общаться с иностранцами.
- Тогда верная жена, которая обеспечивала ему надежный тыл, воспитывала детей и блистала на приемах, заслуживает половину совместно нажитого имущества. Нет, ну есть, конечно, случаи из ряда вон. Когда, например, женщина сама по себе последняя стерва. Но даже такая не уходит с голой жопой, простите за мой французский, - Катя прикладывает руку к сердцу.
- Интересно, - улыбаюсь я.
Через полчаса выхожу из офиса Екатерины со странным чувством. 17 лет счастливого брака – это оказывается не только прекрасные воспоминания и любимые дети. Это еще и список совместно нажитого имущества, которое покупали вместе и радовались, когда мечта исполнялась. Мы взяли квартиры для дочерей, чтобы, когда они войдут во взрослую жизнь у них была своя недвижимость. Скажем так, приданное. Мы строили свой дом, где хотели встретить старость и нянчить внуков.
Но теперь этот дом на меня давит. Я очень любила его за прекрасные воспоминания. А теперь и они меня ранят.
На сегодня у меня запланирована еще одна встреча с очень важной персоной. Настолько важной, что некоторые люди, услышав его имя-фамилию-отчество, благоговейно замолкают, потому что либо очень уважают, либо очень боятся. Я называю его Серым Кардиналом, а еще великим и ужасным Талгатом Аскаровичем Балгабаевым.
