Нет, он не был уродлив, наоборот, невероятно красив, но от него исходила такая ярость, такая мощь, что если бы не малышка, я наверняка забилась бы в первую попавшуюся норку, только чтобы не видеть этих ярких зелёных глаз, в которых отразилось вспыхнувшее в его ладонях пламя, осветившее комнату, чтобы не видеть абрис этих губ, кривившихся от ненависти и презрения, широких плеч, тонкой талии и всего остального, что ещё входило в комплект под названием «Ирод треклятый», как его окрестила бабуля, исчезнувшая в тот же миг, как тот появился в доме.
Всё закружилось словно в калейдоскопе, с которым я любила играть в детстве. События сменялись одно за другим, мне оставалось лишь глядеть сквозь стекло и радоваться тому, что не я сейчас убегаю с ребёнком через распахнутое окно, что не ко мне тянуться крепкие мужские руки, готовые схватить в любую секунду...
Движение воздуха за спиной заставило отвлечься от происходящего в доме. Острые иголки холода впились в незащищённую пледом кожу, а изо рта вырвалось облачко пара.
«Только не паниковать, только не паниковать, - твердила я себе, ощущая, как холод проникает в тело, - и оборачиваться назад тоже не стоит».
Дариша завозилась на руках и тихо всхлипнула во сне, пришлось плотнее укутать её в плед и начать покачивать на руках, молясь всем богам, чтобы детка не расплакалась, поскольку, говорила ли что-то бабуля насчёт звуконепроницаемости этого места - я не помнила, а рисковать не хотелось.
Всё моё внимание было сосредоточено на происходящем по эту сторону зеркальной поверхности, поэтому, когда подняв взгляд, наткнулась на хищное мужское лицо, вглядывающееся в отражение, чуть не вскрикнула от неожиданности.
Пришлось в срочном порядке прикусить себе щёку изнутри, чтобы сдержать внезапный порыв.
Мощная фигура заслоняла собой весь свет, давя одним своим видом, заставляя сердце сильнее биться в груди. Мне пришлось повторять раз за разом, что нас не видно, прежде чем вера в это позволила выпрямить спину и расправить плечи.
За спиной вертелась некая призрачная сущность, которую я ощущала всем телом, а впереди.
.. Впереди стоял мой персональный кошмар, способный с лёгкостью разрушить моё хрупкое женское счастье, отвоёванное с таким трудом.
Чем дольше мужчина вглядывался в зеркало, тем спокойнее становилось выражение его лица, но в какой-то момент в зелёных глазах промелькнула такая тоска, что пришлось зажмуриться и посмотреть вновь, чтобы убедиться, не померещилось ли мне это, поскольку поверить в увиденное было нелегко.
