– Что-то личное или просто порыв?
– Личное, – отвечаю я, чувствуя, как по коже снова начинают ползать мурашки, когда Эрик опускает глаза на мои ноги, обтянутые чулками, осматривает запястья и голые участки тела.
Не хочу говорить, при каких обстоятельствах сделала татуировку и в каком месте оставила несмываемый отпечаток, но ведь он всё равно увидит. Если дойдет до секса.
– Грудь. С левой стороны.
– Кто-то близкий? – интересуется везунчик.
Вспоминаю, как Даня говорил что нужно было Эрику сиськи показать, чтобы мы в выигрыше остались.
Его слова всё же оказались пророческими. Я подхожу ближе к вывеске, от которой исходит свет, и опускаю вырез платья и кружево черного белья до того места, где скрывается знак бесконечности. Рисунок красивый, аккуратный и четкий. В этой отметине отчасти моя душевная рана и щемящая боль.
Эрик несколько мгновений рассматривает татуировку и поднимает глаза к моему лицу. Никак не комментирует, но теперь моя очередь сказать эти слова.
– Думай тише. Это не то, чем кажется. Никакой неразделенной любви или чего-то подобного.
– Но со смыслом? – уточняет он.
– Именно.
– Красивые. Обе. И ты, и татуировка, – тихо говорит Эрик и обнимает меня за плечи.
Ощущаю, как возвращается дрожь. И нет, не от холода. Незамысловатый комплимент звучит так обезоруживающе, что я еще несколько мгновений прокручиваю его в голове. На ходу поправляю одежду. Мы оказываемся внутри не очень презентабельного с виду дома. Последний раз я была в тату-салоне с Даней. Пять лет назад.
Навстречу выходит долговязый рыжебородый парень в черной кепке.
Сканирует меня внимательным взглядом, пожимает Эрику руку и приглашает нас пройти в глубины его священной пещеры.
Я подхожу к окну, скрещиваю руки на груди и осматриваюсь по сторонам.
– Решил сделать себе подарок на день рождения? – спрашиваю, заметив на журнальном столике каталог с рисунками и кофемашину в углу.
Выпить чашку крепкого напитка не помешало бы. Нервозность не отпускает.
– Да, подарок, – многозначительно произносит Эрик, не отводя от меня карих глаз.
А вот теперь его слова звучат с подтекстом. И то, как он смотрит в это мгновение, наталкивает на мысль, что подарок вовсе не тату.
– Давай бартер, лори? – предлагает Эрик.
– Кто?
Губы везунчика трогает ироничная усмешка.
– Лемур. Экзотический зверек. Он и образ жизни ведет ночной. Тебе подходит.
– Это тот самый, который из «Пингвинов из Мадагаскара»? Совсем не похоже! – укоризненно качаю головой.
– Конечно, не похоже, там другая разновидность.
