– Везунчик раздвигает губы в довольной усмешке.
– Софья… такая впечатлительная?
– Ага, примерно, как и ты. Особенно когда таблетки прячешь, пока я сплю. Чтобы это было в первый и последний раз, Рина, – серьезно произносит Эрик, не отводя от меня карих глаз.
– Я уже извинилась. Причем несколько раз за ночь. Если недостаточно, то идем повторим."
"– Передышку возьмем до вечера. Все же любишь косячить, да, лори? То пощечины раздаешь, теперь до таблеток добралась. Что еще меня ждет? В следующий раз, когда на допрос вызовут, пожалуюсь на тебя следователю.
Может, с Пашей рядом находиться для меня безопаснее будет?
– К психотерапевту еще сходи, – ехидничаю я.
– Можем вместе, если тебе интересна эта тема.
– Я вообще-то с тобой о серьезных вещах говорю. Погоди… ты хочешь сказать, что ходишь к психологу?
– Не выдумывай, а? – Багдасаров делает глоток кофе. – Ни к кому я, кроме тебя, не хожу. Но если скатишься в депрессию и будешь глупости вытворять, то спрошу у матери контакты ее подруги, она мозги вправляет людям.
К ней даже Ян на пару сеансов ходил.
Поднимаю на Эрика удивленные глаза.
– Он не разговаривал несколько дней после того случая на склоне. И простить меня до сих пор не может за то, что я так сделал, – поясняет Эрик, прожигая взглядом. – Но не будем об этом сейчас. Я тороплюсь.
Правду говорят, что чужая душа – потемки. На месте Яниса я бы тоже, наверное, не простила. Хотя... отец ведь практически то же самое сделал. В пропасть сорвался, а чтобы меня за собой не тащить, на другие муки обрек, думая, что делает это во благо.
На следующий день мы с Эриком и Даней едем оформлять на них доверенности. Теперь я могу уйти в подполье и позволить другим решать за меня все важные вопросы. Но на этом приятные новости не заканчиваются.
– С Заболоцким я все урегулировал, – говорит везунчик, когда мы садимся в машину. – Он сожалеет, что погорячился с увольнением, и будет рад снова видеть тебя в штате сотрудников.
– Ты ему угрожал?
Эрик сосредоточенно хмурит брови.
– С чего бы? По-человечески поговорил. У меня дед дипломат, а я в него пошел, забыла?
– Точно. Но все же уточню: в момент переговоров в руках у тебя ничего не было? Ну, пистолета или ножа?
– Ничего не было, – посмеивается Эрик. – Возвращайся в привычную атмосферу, меньше крути в голове мысли об отце. Это не твоя ошибка, и ты не должна никого спасать. У него своя жизнь, у тебя своя, ты не обязана соответствовать чьим-то ожиданиям.
