У двух истцов громкие фамилии. Боже... Поскорее бы истекли эти два месяца, прошел суд и я улетела из Москвы куда-нибудь подальше. Пока вся шумиха не уляжется и мое душевное равновесие не придет в норму.
– Вы теперь постоянно будете меня караулить? – спрашиваю у Алана, когда мы едем в центр.
– Да. Если вдруг ваш молодой человек перейдет рамки дозволенного или обидит, то вы знаете, что я всегда рядом.
Намекает, что пересчитает везунчику рёбра в случае чего?
– Эрик не перейдет рамки, – хмыкаю я, отворачиваясь к окну.
Надеюсь, как и ваш работодатель. Но об этом вслух не говорю.
Алан останавливает машину у ресторана недалеко от «Москва-сити». Я приглаживаю волосы пятерней, поправляю плащ. Одета я не для выхода в свет и не думала, что пригласят на обед в такое шикарное место. Но, если честно, мне нет дела до того, какое впечатление я произвожу на Ибрагимова. Этот человек и его чувства мне безразличны.
Иман сидит за столом и с кем-то разговаривает по телефону. Кивком головы показывает, чтобы садилась в кресло напротив, и в течение двух минут завершает беседу, все это время сосредоточенно разглядывая мое лицо.
– Как отдохнула, Регина? – спрашивает он, делая глоток кофе.
– Хорошо, спасибо. Алан теперь со мной круглосуточно?
– Да. Будет с тобой какое-то время. Я переживаю за твою безопасность. – Иман что-то делает в телефоне, а потом протягивает его мне.
Пробегаюсь глазами по строчкам в браузере и киваю, возвращая ему сотовый.
– Я читала эту новость. Только что.
– Порадовать, к сожалению, нечем, – говорит он.
Это я уже и так поняла.
– Алексей Борисович сказал, что через несколько дней я смогу увидеться с отцом.
– Да, я с тобой поеду. У следователя будет к тебе несколько вопросов. Не планируй ничего важного на четверг.
– Я лишилась работы и практически все время свободна.
– Да? – удивляется Ибрагимов. – В таком случае хочу напомнить, что мое предложение про клинику в силе. Если желаешь ко мне в команду…
– Спасибо, – перебиваю, опуская глаза. – Не желаю.
Дергаюсь, когда Иман резко подается вперед и трогает меня за руку.
– Разве я на тебя как-то давлю, Регина? Почему ты воспринимаешь меня и мою помощь в штыки? Я дал обещание Роману, что с твоей головы волоса не упадет. И в любом случае выполню данное ему слово, как и получу свое...
– Свое? – перебиваю снова, пряча руку под стол и едва справляясь с нервами, которые и так на пределе."
"– Не в том смысле. Трогать тебя против воли не стану, принуждать к браку тем более.
