Фильм только посмотрим, да? Ага, верю.
Машина трогается с места, и меня плавно вжимает в сиденье. Леднёв одолжил Эрику свой внедорожник на несколько часов. Мы почти час катались по центру, затем перекусили в ресторане, а после долго стояли на набережной и молчали, каждый думая о своем. Полумрак салона, тихая музыка и близость этого мужчины странно на меня действуют. Умиротворяют. Как будто Эрик всегда был в моей жизни. Такой, какой есть. Со шрамами на теле и в душе, которые старательно скрывает от других, с острым языком и порой жалящими высказываниями.
Мне всё в нем нравится.
– Ты чего такая задумчивая и молчаливая сегодня? – замечает Багдасаров.
– Иман звонил. А потом Алексей Борисович. Сказали, что отец дал добро на встречу. Не могу перестать об этом думать: уловка это такая, чтобы я вернулась, или папа действительно хочет увидеться. Так мечтала с ним поговорить, а теперь страшно. Вдруг скажет что-то, о чем я буду помнить остаток жизни? А что, если его надолго посадят, и он больше не выйдет? Почему папа не подумал обо мне и моих чувствах, решаясь на этот кошмар?
– Мне вмешаться? – спокойно спрашивает Эрик и ставит этим вопросом в тупик.
– В каком смысле? – Недоумевающе смотрю на него.
– В прямом. Если тебе не хочется общаться с Ибрагимовым, с юристом отца и никто не может взять на себя эту миссию в твоей семье, избавив тебя от неприятных эмоций, то давай я буду это делать?
Взгляд карих глаз полностью сосредоточен на дороге, и я не понимаю, шутит везунчик или нет.
– Ты сейчас серьезно?
– Абсолютно.
Дико раздражает ситуация, в которой ты оказалась. Я даже предполагаю, что увижу в документах, которые ты не хочешь показывать, но давить на тебя не буду. Можешь оформить на меня доверенность, а сама заниматься своей жизнью, учебой, что там тебе еще важно и интересно?
– У тебя у самого проблемы, и нужно мои в нагрузку на себя взвалить?
– Почему бы и нет? К тому же проблемы не конкретно у меня: у нас что-то по типу общака. Не в первый раз атаки отбиваем. Одной больше, одной меньше, – пожимает Эрик плечами.
– Прорвемся.
– Общак? Какое страшное слово... Уголовщиной отдает.
– Хватит сгущать краски, Рина. Когда у людей мозги хорошо работают и есть смелость осуществлять свои идеи, как правило, их пытаются под себя прогнуть или задавить, чтобы не высовывались. Всю жизнь так было и будет.
– Хочешь взять на себя общение с Ибрагимовым? Где логика?
– Испугалась, что вместо тебя за него замуж выйду? – расплывается везунчик в широкой улыбке и подмигивает.
