Пытаюсь подавить эмоции, которые вызывает этот мужчина, но всё летит в пропасть, когда Эрик кладет руку на мое колено и ведет ладонью вверх. Поворачиваю голову, встречаясь с темным взглядом, и дыхание обрывается: зрачки везунчика расширены и мерцают желанием. Я оказываюсь совершенно беззащитна перед своими чувствами к Эрику, и он прекрасно это понимает. Подается вперед и впивается в мой рот жадным, требовательным поцелуем. Я обвиваю его плечи и отвечаю, ощущая, как живот скручивает острый спазм. Эрик вжимает меня в диван, гладит руками ягодицы.
Перемещает губы на шею.
– Пожалуйста, остановись… – хриплю, хватаясь за остатки здравого смысла, но почти не слышу своего голоса из-за грохочущего сердца. – Что ты делаешь…
Везунчик прерывается, но лишь на мгновение, и тут же обхватывает бёдра, сминая их до отчетливой боли.
– Оказываю дружескую поддержку, разве не чувствуешь?
25 глава
Пальцы Эрика забираются под платье, сдвигают резинку белья и дергают его вниз. Меня потряхивает, тело пылает от настойчивых ласк и рук.
У нас было столько возможностей заняться сексом, что сейчас с трудом верится, что до него дойдет дело. Пульс волнообразно скачет в висках от напряжения, кожа покрывается мурашками, когда торопливыми движениями везунчик продолжает избавлять меня от одежды. Вслед за трусами на пол летит платье, и я остаюсь лежать перед Эриком обнаженная. Он исследует меня глазами, и я чувствую, как твердеют соски под его пристальным взглядом. Это так мучительно… Боже... Если сейчас всё ограничится одними оральными ласками, а потом он уйдет как ни в чём не бывало, я сорвусь, возможно, накричу, наговорю каких-нибудь гадостей напоследок.
Сильно зажмуриваюсь, чувствуя тяжесть твердого тела. Эрик снова целует, спускается влажным ртом к груди, обхватывает губами сосок, и мое дыхание сбивается. Запах везунчика и ощущения, которые он дарит в это мгновение, окружают плотным кольцом. Но я хочу большего. Хочу его в себе. Эти слова так и просятся наружу. Разве Эрик не чувствует, как я его хочу?
Тянусь пальцами к его рубашке, но везунчик перехватывает мою руку, когда расстегиваю третью пуговицу.
Пристально смотрит в лицо. И нет, не ищет ответов, в его глазах решимость. Но, увы, не сделать меня своей...
В животе и груди всё немедленно натягивается от понимания, что я оказалась права. Секса не будет. Эрик собирается дразнить, ласкать, трогать, подвести к краю, столкнуть в пропасть и наблюдать за моим падением, а потом... уйти.
