Да… — я улыбнулся своей очаровательной улыбкой, при виде которой чернь подалась назад и судорожно вцепилась в вилы и дубинки, — Вижу, что слышали. У меня для вас есть одно очень заманчивое предложение… — я сделал паузу, переводя дыхание, — Хотите жить?
Ответом мне была тяжелая тишина, нарушаемая лишь далеким лязгом стали, да приглушённым гулом постепенно стихающей битвы.
— Тогда бегите, — прорычал я, перехватив клинок поудобней и сделав шаг вперёд.
Кметы, на глазах у опешившего кардинала, побросали оружие и рванули прочь, оставив святошу одного, посреди пустой улицы.
Несколько секунд святоша с немым ужасом во взгляде смотрел на то, как я бегу к нему. А затем, внезапно, одним резким движением, выдернул из под балахона какой-то узкий и длинный предмет. В лучах разгорающейся зари блеснула серая сталь.
— Назад! Живо! — крикнул он, приставив лезвие кинжала к горлу Айлин, — Или я перережу ей глотку.
Я остановился, тяжело дыша. Ёбаный хер. Не хватило лишь пары секунд. До ушлёпка оставалось метров пять, не больше, а теперь…
— Меч на землю! — рявкнул тот, — На землю, быстро.
Скрипя зубами, я подчинился. Осторожно, так чтобы не провоцировать урода отвёл руку с оружием в сторону и начал медленно приседать, в уме перебирая все возможные варианты выхода из того дерьма, в которое мы вляпались. Если дёрнусь к нему, он и впрямь успеет перерезать девушке глотку. Конечно, потом умрёт сам, но это точно не вариант. Магия тоже не выход. Огненный шар заденет и Айлин. Да и наверняка на этом засранце висит оберег, который нейтрализует действие заклятия.
Просто сдаться и дать ему уйти прихватив с собой девушку? Да хер там плавал. После всего того говна, что этот козёл выкинул, у него теперь только одна дорога… Хм… А ведь есть один вариант… Телекинез. Там предмету магией даётся лишь начальный импульс, а дальше это просто летящая тяжелая и совсем немагическая херовина.
— Быстрее я сказал! — крикнул на меня святоша, отступая на два шага назад и волоча Айлин за волосы. Девушка пыталась сопротивляться, но приставленный к горлу кинжал и связанные руки просто не оставляли ей возможности для манёвра.
— Хорошо-хорошо, вот, — я бросил клинок на землю, тихо надеясь, что это введёт старого засранца в заблуждение, а сам, прикрыл глаза, сосредоточившись на выбитом из брусчатке камне, лежавшем неподалеку. Миг. К горлу подкатывает комок. Дыхание учащается, а в висках начинает стучать кровь. Раздаётся глухой удар.
Камень врезался священнику в висок. Того мотнуло в сторону.
