Второе можно было списать на то, что территориалы орденам не указ, однако «совы» уважение все равно вызывали, как вызвал бы не заискивающий перед губернатором таможенник или судейский. Впрочем, таковых Капрас еще не встречал.
– Его преосвященство не ожидал вас сегодня и уже почивает, – встречавший гостей рябоватый танкредианец выглядел огорченным. – Если вы не располагаете временем, мы потревожим его сон, но, возможно, вы согласитесь задержаться до утра.
– С радостью, – ничуть не покривил душой Карло.
Он был заметно младше епископа, однако дорога сквозь нескончаемый холодный дождь вымотала и его. Хотелось согреться и собраться с мыслями, да и будить того, от кого ждешь помощи, неправильно. Сам Капрас, вытащи его кто из постели, вряд ли бы проникся к наглецу сочувствием, так что пусть епископ спит, благо дело пока терпит. Осень вообще не любит спешки, ей подавай неторопливые беседы под горячее вино."
"Озябший маршал с удовольствием воспользовался уже знакомой купальней, переоделся в сухое и понял, что почти счастлив.
Для счастья полного не хватало горячего ужина с хорошим вином, но мясо, по словам брата-гостеприимца, уже жарилось. Отец Ипполит, избегая соблазна, удалился вкушать кабачки с рисом, и вдруг захотевший поговорить Капрас решил усадить за стол адъютанта, однако все обернулось гораздо удачней.
– Гостящий у нас капитан Левентис, – сообщил расставлявший посуду толстенький послушник, – просит дозволения посетить вас после ужина.
– Никакого после ужина! – возликовал Карло. – Немедленно, и подайте второй прибор! Если у вас еще и брат Пьетро, то два прибора.
– Брат Пьетро там, куда его призвало служение, – послушник серым яблочком покатился к выходу, но у двери задержался. – Капитан Левентис скрывает свое присутствие в обители. Брат-гостеприимец с дозволения отца настоятеля дал ему мещанское платье.
– Хорошо.
Либо Агас рассорился с прибожественным и удрал, либо, что на правду походит больше, сервиллионик получил рескрипт об охоте за пособниками казара и решил предупредить.
Тайком от своей рыбины.
О переписке командующего корпусом с Баатой легату знать неоткуда, однако для доноса хватит и кагетской любовницы. Лидас – балбес, но не дурак, а Левентис и вовсе умница, только гвардейцы опять недооценили чинуш. Молниеразящий чернильник разослал свои циркуляры всем, значащимся в реестре, так что предупреждать не о чем, вот в сговор вступить можно.
