— Но, Жозефина, может быть предоставить мальчику право самому решать свою судьбу? — совершенно ошалевшая от такой безумной идеи, попыталась робко возразить тётушка.
— Нет! Ждать от него благоразумия можно до конца жизни. Это ты, кстати, совсем его тут разбаловала. А я своего добьюсь! — припечатала мать.
— Боюсь, так ты только рассоришься с сыном. — расстроенно покачала головой сестра, — Поль уже совсем взрослый и вполне самостоятельный молодой человек. Вряд ли он с восторгом примет такую настойчивую «заботу».
— Посмотрим.
— Но каким образом я имею отношение к твоему замыслу? — спросила Иветт.
— Мне нужна не столько твоя помощь, сколько Таис.
— То есть? — развела руками баронесса.
— Мы с мужем (хотя, это, конечно он, а я уже с ним) получили приглашение в королевский дворец на коронацию наследника. Даже вы в своей глуши не можете не знать, что наш король отрёкся от престола в пользу Луи Шарля.
— Безусловно, мы в курсе.
— Так вот, по этому случаю организуется грандиознейший бал.
По случаю коронации все готовят достойные подарки. Генрих уже заказал какого-то там жутко дорогого жеребца — я в них ничего не понимаю. А я хочу сделать отдельный подарок от себя. Такой, чтобы получить возможность заявить о достижениях Поля перед их величествами.
— Я всё ещё тебя не понимаю — растерялась Иветт, не находя связи между мной, их величествами, племянником и его женитьбой.
— Да всё просто. Мне нужна колбаса!
— Боже мой. Ты серьёзно?
— Более чем, сестра. Я уже заказала дорогущий ларец.
Так вот, мне нужно лично обсудить с Таис, какие сорта следует в него положить. Потому, что случай, сама понимаешь, совершенно особенный. Тут никак нельзя ошибиться.
— И что ты с этим добром планируешь предпринять?
— После того, как герцог преподнесёт свой подарок от нашего дома, я вручу этот ларец лично королеве-матери. И расскажу, что это — достижение моего младшего сына. Что у него уже целый завод, или как он там называется и привлеку монаршее внимание и благосклонность к его персоне.
А?! Каково?! Кто после этого сможет повернуть от него нос? Я выведу дело сына на государственный уровень. И герцогиня Жеральдин де Лабонте будет наша! Сама знаешь, уж у меня и связей и настойчивости достанет. И Поль, наконец, забросит свои моря и осядет дома."
"— Но, Жозефина, позволь заметить, что этот, как ты выразилась завод не принадлежит единолично нашему Полю.
— Ерунда! Тоже скажешь. И вообще — это не важно.
