– Если ты уехал, откуда тебе стало известно, что утром я тоже приходил?
Вань Ли понял, что выдал себя, и это так огорчило его, что он даже перестал улыбаться.
– А ты мне дал меченое кольцо! – перешел он в атаку.
– С чего ты взял? – сердито спросил Валевский.
– С того, – пропыхтел Вань Ли, – что оно наверняка из тех самых драгоценностей танцорки, которые ты свистнул. А их везде ищут!
Валевский покачал головой, проговорил с сожалением:"
"– Знаешь, Вань Ли, по-моему, у тебя от опиума окончательно ум за разум зашел.
Какие, к черту, драгоценности танцорки? Кольцо ведь мужское. Ты что, не заметил? Какое отношение оно может иметь к Агате Триппер или как там ее? Кольцо с предыдущего дела, я все хотел продать его, да не складывалось.
Тут на лице Вань Ли отразилась такая напряженная работа мысли, что он даже перестал походить на китайца.
– А, – неожиданно догадался Валевский, – я понял. Ты решил, что парюра у меня, поэтому навел на меня своих друзей, рассчитывая, что они возьмут меня за горло, отнимут драгоценности, а барыш вы поделите.
Ловко! Только у вас вышла промашка. Ничего я у танцорки не крал!
– Да? – возмутился китаец, переставший походить на китайца. – И ты хочешь, чтобы я тебе поверил? Я – тебе? Ты за кого меня держишь, Леон?
– Но я действительно не брал тех драгоценностей, – устало отозвался Валевский. – Уверен, Агата сама их украла, потому что российские власти заставили бы ее вернуть их. Так или иначе, но заставили бы. Прикажешь мне поклясться, что это был не я? Могу всеми твоими детьми поклясться, к примеру.
– Оставь моих детей в покое, – просипел распростертый на полу лжекитаец. – Во-первых, у меня их нет, а если даже и есть, тебя они не касаются. Во-вторых, всем твоим клятвам можно верить не больше, чем китайским гаданиям. Ай!
Он изготовился опять звать на помощь, потому что Валевский весьма угрожающе наклонился над ним, однако Леон всего лишь поднял Вань Ли с пола и поставил на ноги.
– Подумай своей бестолковой головой, – проговорил поляк, глядя собеседнику прямо в глаза.
– Если бы я спер парюру Агаты Дрейпер, я что, пришел бы к тебе ее продавать? Извини, но для такого дела ты стручком не вышел.
Вань Ли открыл было рот, собираясь возмутиться последним оборотом, но подумал (возможно, над тем, что заявил собеседник) и тяжко вздохнул.
– Зачем ты пришел ко мне, Леон? – прямо спросил он.
– Отдай мне кольцо, – потребовал Валевский. – Или деньги.
