Еще и выкупить удалось только верхнее и нижнее место, а не все четыре.
Благо, никаких препятствий на пути к поезду не было. Более того, железнодорожный вокзал, равно как и поезд, меня приятно удивили. Внешне поезд выглядит очень даже современно. Но не может же быть все хорошо. Так не бывает.
– Вот ваш вагон, – указывает взглядом носильщик. Приподнимает чемоданы по ужасной конструкции, гордо именуемой лестницей, и забирается сам.
– Подождите. Это что за вагон? Вначале же были красивые, современные, с хорошими окнами.
А это что? – кажется, от удивления у меня сейчас выкатятся глаза.
– Так это вагон для животных. Их таких три.
– Вагон для пассажиров с животными, – быстро поправляю его.
– Да какая разница?
– Большая. Вы носильщик или насильник?
– Ой, девушка, не грузите меня. Поднимайтесь, холодно же, – подает мне руку и провожает аккурат до моего места.
Да уж, если я стройная, еле-еле иду по неприятно пахнущему салону, задевая все вокруг, то что уж говорить про людей, страдающих лишним весом.
– Вот ваше купе.
– Благодарю, – протягиваю ему купюру и хватаюсь за ручку.
Отодвигаю чуть приоткрытую дверь до упора и моего взору открываются… ноги. Точнее мужские ступни, располагающиеся на моем сиденье. На нижней полке справа восседает мужчина с телефоном в руках, с протянутыми к моему сиденью ступнями. Хорошо, что не в ботинках, но в потертых, скорее всего, не первой свежести носках.
– Здравствуйте. Ноги, – мужчина приподнимает на меня взгляд и, едва улыбнувшись, произносит:
– Доброе утро.
Однако меня точно зовут не «ноги».
– Уберите ноги с моего сиденья. И сейчас день, а не утро.
– О, пардон муа, – резко убирает ступни с моего места и надевает на себя ботинки.
– Вы из Франции? – сама не поняла, как из меня вырвался этот вопрос. Тупость же полная. Из него француз, как из меня богиня секса. – Париж? – продолжаю делать из себя дуру.
– Почти. Пружаны, – видимо, на моем лице он увидел непонимание. – Фром Белораша виз лав, – ясно, белорус значит.
Отворачиваюсь от мужчины и снимаю шубку вместе с кожаными перчатками.
Откладываю вещи на один из чемоданов и достаю из сумочки перчатки и антибактериальные салфетки. Да, надеть брюки и рубашку белоснежного цвета было дурацкой затеей. Ну люблю я белый цвет. Кто ж знал, что здесь будет вот так… нечисто. И пахнет. Как же в вагоне неприятно пахнет. Вытерев трижды свое сиденье, я перешла на столик. А вот тут случилась загвоздка. Он занят больше, чем должен быть по правилам.
