Я не хотела это делать, но она казалась очень убедительной. Была в курсе таких вещей, которые никто не может знать. И…
– Вот я встречаюсь тебе в поезде. Суженый ряженый татуированный зек-сантехник. И поэтому ты облегченно выдохнула, когда узнала, что в реале меня зовут не Вова, – однако, как-то обидно.
– Точно. Извини, но татуировки… да и много чего – не предел моих мечтаний. Не обижайся.
– Что за неуемное бабское желание непременно родить ребенка? Давление общества? А-а-а, нет, родителей? Маман наседает?
– Я уже давно не завишу от родителей.
И делаю то, что хочу, – типа в подтверждении своих слов Лена наливает в мой бокал виски и залпом отхлебывает напиток. Стоит ли ей говорить, что смешивать шампанское и вискарь не лучшая идея? – То, что хочу, – вновь повторяет, скривив лицо.
– Оно и видно. Тебе явно вдалбливали в башку всю эту хрень собачью с пеленок. Отсюда ты такая ворчливая, дотошная и затюканная правилами. Мужа поди тоже выбрала маманя.
– Папа.
– О, там еще и папа шалун. Комбо епта. А чего ребеночка не указали родить?
– Потому что….
фуууу, – тянет протяжно мне в лицо. О, пошел градус.
– Фу? – вновь подливаю «шампунь». Ой, ну я и сволочь.
– Конечно, фу. Тебе бы понравилось спать с сорокалетним неприятным тебе мужиком? Ну в смысле с женщиной.
– Мне, как бы, и есть без нескольких дней сорок. Мне норм спать с такой сорокалетней.
– Ну а мне было восемнадцать и мне не понравилось. Тебе бы тоже не понравилось. Как ты говоришь – сто пудов. А мама с папой бы точно указали мне родить. Чуть позже, но заставили бы.
А если не они, так муж. У нас так принято. Богатые семьи роднятся с богатыми и…, – замолкает. – В общем, никого не интересует мнение другого. Но я – молодец, – горделиво улыбаясь, произносит Лена. – Я не только подсовывала снотворное своему мужу, но и вовремя прочитала одну книгу. И поняла, что больше не буду плясать ни под чью дудку. И все.
– Что все?
– На шестьсот шестьдесят шестой день собрала вещи, сдала кольцо и пару бриллиантов в ломбард и началась моя светлая полоса, где я делаю то, что хочу.
Ну, почти то, что хочу. И завишу только от самой себя. Я все сделала сама! Я, – тычет себе в грудь пальцем. – Все сама. Сама. Блин, очень много тавтологии. Но я все сама. Без родителей. Сама оплатила ипотеку. Сама купила шубку. Эх, упокой ее душу. Но я снова накоплю, – тяжело вздыхает. Если сначала мне хотелось типично по-бабски надуться за то, что я херовый в ее глазах кандидат на суженого-ряженого, то теперь мне еще больше жаль Лену.
