Что такой человек как вы делает в квартире моей дочери? Да и вообще рядом с ней?
– Ой, чего я с ней только не делаю. Гутарим, дурачимся, жрем, гуляем. Одеваю ее на кукан. Ой, надеваю. А вообще лучше насаживаю, наверное. Короче, вам виднее.
– Мне не виднее. Я даже не знаю, что это.
– Совершаю с ней половой акт, – шепчу ей на ухо, а потом хватаюсь за резинку штанов. – Хотите?
– Что?! – шумно сглатывает.
– Хотите мне почесать, мама? – приподнимаю штанины спортивок вверх, намеренно демонстрируя еще одну татуировку.
– Что?!
– Следы от ветрянки, что ж еще. Не брезгуйте, я уже не заразен, – кажется, ее глаза вылезли на лоб, когда она-таки узрела мою татуированную ногу. – Не, все же не дам почесать. Лена говорит нельзя. Шрамы останутся. Не хотелось бы портить такое красивое тело. О, чайник закипел. Сейчас будет вам каркаде. Кстати, раз вы уже здесь, приглашаю вас на свадьбу.
– И когда же планируется сие знаменательное событие?
– В конце лета, – брякнул первое, что пришло на ум.
– Кем вы работаете?
– Сантехником, – ставлю перед ней чашку. Присаживаюсь за стол напротив нее.
– Очень интересно. Будущий муж моей дочери – бывший заключенный, убийца и сантехник. Давайте я упрощу вам задачу, Демьян. Ведь мы знаем для чего вы связались с Леной. Сколько вы хотите денег для того, чтобы вы оставили мою дочь в покое?
– Ой, много денег не бывает.
– Сколько? – настойчиво повторяет она. – Я и мой муж в любом случае не допустим этого. Если бы я знала раньше, что так получилось, вы бы, конечно, не вошли в наш дом. Но раз так получилось, я предлагаю вам деньги, так сказать, разойтись по-хорошему.
– Ленин.
– Что?
– Это дом Лены, а не ваш. Вы здесь гостья, – откидываюсь на спинку стула. – Знаете, это классика, когда хорошая девочка влюбляется в плохого мальчика. А уж если эту девочку собственные родителя задолбали с детства правилами, нравоучениями, добили моральным прессингом, и в итоге подложили под урода, годящегося ей в отцы, то, как правило, такие девочки после освобождения связываются именно с такими, кем представился я.
Если восемнадцать лет жить в угоду родительских амбиций и прочему дерьму, потом собственные желания выливаются в гипертрофированное поведение. Начинаешь с зека, продолжаешь наркотиками, а после в порнухе снимаешься. Ну, сценариев много.
