Музыка здесь была не так слышна, как в гостиной и кухне.
Обнимая себя за плечи, я крутила в голове слова и признание, не зная, с чего начать.
— Слушай, принцесса, — с некоторой пьяной ленцой начал Вадим, пряча руки в карманы джинсов. — Если ты расстроилась из-за Милки, то не надо. Она с Пашкой пришла. Я сам был не в курсе, что она тоже припрётся. Можешь её выгнать. Я разрешаю.
— Мне пофиг на неё, — отрезала я сухо. — Я… Можно я у тебя переночую сегодня?
Глядя ему в ноги, я ждала ответа.
— Ночуй, конечно, — в его голосе послышалась игривая улыбка.
Вадим поднял руку и скинул с моей головы капюшон. — Только у меня есть правило, Алёнушка.
— Какое? — всё так же, глядя в его ноги, спросила я.
— Ночевать можно только в одной постели со мной.
Я резко вскинула на него взгляд, чтобы он смог рассмотреть мои слёзы и лицо получше.
Секунда непонимания в темных глазах, и Вадим нахмурился.
— И, всё-таки, что ты плачешь? Что с губой?
По моим щекам полился новый поток горячих слёз.
Я вновь опустила голову и в этот раз, сделав шаг вперед, уткнулась лбом Вадиму в ключицу.
— Помоги мне, пожалуйста, — шептала я. — Меня… я убежала из дома. Там… отчим… и его друг… Они… Они раздевали меня… душили…
— В смысле?! — Вадим резко отстранился от меня. Схватил за плечи и слегка встряхнул, вынуждая посмотреть ему в глаза.
— Они пытались изнасиловать меня, Вадим, — прошептала я едва слышно. — Но я убежала.
Абсолютная растерянность и непонимание в темных глазах, острым лезвием резали моё сердце на тонкие лоскуты.
— Нихрена не понимаю! — чертыхнулся Вадим и отошёл от меня, взъерошивая густую черную шевелюру пятерней. Он смерил комнату широкими шагами и остановился на расстоянии от меня, прижавшись спиной к стене. — От меня-то ты что хочешь? — посмотрел сурово в мою сторону.
— Можно я сегодня переночую у тебя? А завтра заберу сестру. Можно? У меня есть немного денег. Я могу заплатить за аренду комнаты, если хочешь. Помоги мне, Вадим, — я плакала, уже не прячась.
Рванула к парню и вцепилась в ткань его футболки, ловя взгляд. Надеясь, что он услышит меня и поймёт. Я цеплялась за него, как за последнюю надежду. Как утопленник за соломинку. Потому что, по сути, именно так оно и есть. — Пожалуйста, Вадим. Мне больше не к кому идти. Пожалуйста, помоги."
"Вадим шумно выдохнул, отвёл взгляд в сторону и, сведя густые брови над переносицей, с силой отцепил мои пальцы от своей футболки.
