Вадим протиснулся между моих коленей, впился пальцами в бедра и прокатил меня к самому краю столешницы, с силой вжав в пах, в котором угадывалась весьма однозначная твердость.
К такому я точно не готова. Не сегодня.
— Вадим… — выдохнула я, качнув головой, когда его губы опустились на шею, а ладони забрались под платье. — Нет.
— Какая ты сладкая, — выронил он и снова вернулся поцелуями к губам. Он буквально пожирал меня, как сумасшедший. Его желание не было напускным, он действительно хотел меня прямо здесь и сейчас.
Его пальцы поднялись под платьем выше и коснулись обнаженной кожи выше резинки колгот.
Я крупно вздрогнула, распахнула глаза и уперлась ладонями в его плечи, желая оттолкнуть.
— Вадим, — зов в пустоту.
— Чем тут у тебя воняет? — услышала я недовольный мужской голос, вынудивший Вадима отпрянуть от меня и едва не встать по стойке смирно.
В эту же секунду я спрыгнула со стола, оправила платье и прочесала волосы пальцами. Повернулась в сторону прихожей и увидела в дверном проеме мужчину лет пятидесяти, в темных глазах которого читались только злость и отвращение к нам обоим.
— Пап, привет, — сипло произнес Вадим, поспешив прочистить горло.
В ответ на приветствие сына мужчина лишь сильнее нахмурился и сжал челюсти.
— Здравствуйте, — обронила я робко и заправила прядь волос за ухо. Даже попыталась изобразить подобие улыбки.
Мужчина и моё приветствие оставил без ответа. Лишь мазнул по мне раздраженным взглядом, будто я назойливый комар.
— Ты где сейчас должен быть? — строгий тон папы Вадима заполнил большое пространство кухни-гостиной. Но даже мне стало понятно, что этот человек очень сильно сдерживает себя. очевидно, если бы не моё присутствие, он бы в выражениях не стеснялся. — Я за что плачу в университете?
О, знакомые нотки…
— Пап, я…
— Что ты мямлишь? — лицо мужчины скривилось. Показался ряд верхних зубов, что напомнило мне оскал. — Двадцать два года уже, а до сих пор соплежуй.
— У меня сегодня нет пар, — с уверенностью произнес Вадим.
Но даже я, стоя за его спиной, поняла, насколько эта уверенность напускная.
— А если позвоню в университет и узнаю? — мне всё больше начинало казаться, что этот мужчина не моргает, глядя на своего сына.
Выглядит жутко.
— Звони, — Вадим небрежно фыркнул. — Мама знает.
— Как раз-таки мама и просила проверить, что ты задумал, — мужчина прошёл к холодильнику, оттеснив нас с Вадима на другую сторону кухонного островка.
