И всё-таки, как сильно Одинцов застращал всех, что без его особого приглашения в аудиторию не входит никто.
— Мне можно, — бросила я сухо и вошла.
Одинцов стоял у своего стола с обнаженным торсом, убрав руки в карманы брюк. Он с холодной отстраненностью смотрел на Вадима, который тоже был здесь и подпирал задом подоконник, чему-то ухмыляясь.
Оба поняли, что уже не одни и обратили внимание на меня.
— Ваши вещи. Ключи, — сказала я тихо, поставив на стол перед Одинцовым его спортивную сумку и сверху положив ключи.
Я старалась не смотреть на его торс, но белые полоски шрамов слишком сильно выделялись на его коже в ярком рассветном солнце. Я уже видела его без футболки, но я не помню, чтобы я видела столько крошечный шрамов на рёбрах. Кажется, эти короткие отрезки уходили и на спину. Но дальше пялиться было бы уже неприлично. Особенно тогда, когда на меня смотрит Вадим.
— А где ваша рубашка? Её нужно застирать, чтобы кофе не въелся в ткань, — спросила я, чтобы молчание, повисшее в аудитории, не давила грузом тяжелее руки Вадима на плечи.
— Костя я… — в аудиторию, тряся волнами идеально уложенных волос, влетела Светлана Валерьевна. Она слегка опешила, но непонятно из-за чего именно: из-за торса Одинцова, на который пялилась, краснея, или из-за того, что в аудитории оказались студенты, явно мешающие более интимной обстановке между этими двумя. В любом случае, ей пришлось взять себя в руки и сделать более официальное выражение лица. — Константин Михайлович, я застирала вашу рубашку.
Если что, она сушится на кафедре.
— Спасибо, Светлана Валерьевна, — с легкой улыбкой ответил Одинцов и, вынув из сумки белую футболку, быстро надел её. Тонкая облегающая ткань тут же обтянула каждую мышцу его торса.
Даже на расстоянии я услышала, как очарованно вздохнула Светлана Валерьевна, а повернувшись к ней, я увидела, как приоткрылись её губы.
И разве можно при студентах так похабно пялиться на своего коллегу?
— Ладно, принцесса. Мы всех спасли, пойдём, — Вадим снова приобнял меня за шею и снова мне пришлось слегка сместить его руку на плечи.
— Извините ещё раз, — тихо произнесла я напоследок Одинцову.
— Иди, Мельникова, — снисходительно бросил мужчина, убирая сумку под стол.
Проходя мимо Светланы Валерьевны, я с трудом сдержала желание щелкнуть ей по подбородку, чтобы она, наконец, закрыла рот.
Глава 33
Сегодня у меня не было смены в магазине, поэтому сразу после пар у меня была только одна дорога — домой.
