Черт, интересно, где её откопал Джаджен? Или, может быть, технологии шагнули достаточно далеко, и есть возможность воспроизводить клонов? Тогда она будет смеяться очень долго. Неужели Джаджен её не забыл? Хранил нежный образ все столетия, что она горела в аду? Проклятый ублюдок!
Все они проклятые ублюдки.
Глаза Сатинской мстительно мелькнули.
Пусть она не имеет телесной оболочки. Пусть её собираются использовать по полной. Пусть те, кто любил её, предали и забыли.
Но ничего, теперь она вернулась. Немного побудет послушной девочкой, поиграет в чужие игры.
Ей даже будет приятно.
А потом эти двое мудаков - Джаджен и Король, - захлебнутся в собственной крови. А она будет стоять рядом с их выпущенными кишками и хохотать во весь голос.
Глава 8
Счастье у каждого своё. Прописная истина. Кому-то для счастья нужны элитные украшения, дорогие автомобили, золотая кредитка и вечный отдых. Для кого-то достаточно собственной крыши над головой, мирно посапывающих деток в кроватках и поздней беседы с мужем за чашкой кофе.
Лиза относила себя ко второй категории. Конечно, у неё в одночасье не появился муж и пара очаровательных деток, но ощущение легкой эйфории присутствовало. Она засыпала утомленная от, казалось, ненасытных ласк Юлиана, просыпалась с улыбкой на губах. Долго нежилась в кровати, ни о чем не думая.
Ей было просто хорошо.
Хорошо от того, что за окном светит солнце. Что ласковый ветер теребит шторы через распахнутое окно. Что не надо смотреть на часы и куда-то спешить.
Хорошо от того, что в жизни появился мужчина, способный позаботиться о ней.
Обо всех возникающих проблемах и неурядицах. Мужчина, который смотрит на нее пламенным взглядом. Мужчина, от прикосновения которого она вспыхивает, словно спичка.
Мужчина, не желающий ее никуда отпускать.
Последнее вызывало неоднозначную реакцию. Сначала Лиза бунтовала в душе. Как же так... Появился человек, который за нее всё решает, вплоть до того, где она будешь жить, где спать, с кем ходить гулять.
После того, как между ними произошла первая близости, всё изменилось кардинально.
Разрушилась стена непонятно кем возведенных условностей. В голове Лизы что-то щелкнуло, и она четко поняла, что Юлиан никогда не сделает ничего такого, что может ей навредить. Он может хмуриться, может даже яростно рычать, но никогда не сделает ей больно.
Возможно, ей просто так хотелось думать. Прошла неделя с того памятного дня, как между ними случилась первая близость, и она приняла факт проживания в Вене.
