Кас не был по своей природе отъявленным садистом, но иногда... Иногда все они выпускали внутреннего зверя.
Кровать едва слышно скрипнула, матрас прогнулся под его тяжестью. Цепкие руки мужчины сжали тонкие лодыжки, на которых и так покоились тяжелые металлические браслеты. Когти у Каса самопроизвольно удлинились, и он с затаенным удовольствием запустил их в икры девушки.
Она не закричала, нет.
Не завопила в истерике. Не забилась, как того можно было ожидать.
Она медленно приподняла голову. Обернулась.
В голубых глазах плеснулась растерянность, недоумение и страх.
Тонкие брови приподнялись в изумленном изломе.
О, да, милая, да, ты отличная актриса! Так изобразить наивность и непонимание! Давай, начинай играть! Сделай так, чтобы он поверил, что ты его смертельно боишься!
На толстой головке члена выступила мутная капля. Он был готов и рвался в бой.
Кас не учел одного - даже загнанный в клетку зверь находит в себе силы драться. Кидается в бой, понимая, что другого выхода не осталось. Или умереть, сражаясь, или вечно питаться отбросами.
Да, что отбросами! Он может стать игрушкой для кровавых развлечений! Из него каждый день будут тянуть жилы и смеяться, видя, как он корчится он боли. И никакой надежды, никакого спасения.
Голубые глаза девчонки прищурились, а губы плотно сжались. На них даже лопнула кожа от внутреннего напряжения.
Кас видел достаточно за полтора столетия обращенной жизни. Доводилось и сталкиваться со стригоями, и принимать участия в драках, больше напоминающих мясорубку.
Сам вынимал кишки из поверженных врагов и наматывал их на кулак. Видел девушек, свободно владеющих всеми видами холодного оружия - начиная от тонких стилетов и заканчивая смертоносными катанами. Видел прекрасных представительниц женского пола, теряющих свою личину и превращающихся в услужниц стригоев.
Но к тому, что увидел в зале, предназначенном для любовных утех, он оказался совсем не готов.
Скажите, как можно разжать звенья цепи толщиной с человеческий палец? Тяжелые, они придавливали тонкие лодыжки к черным шелковым простыням.
Цвет ночи был выбран не случайно - на черном не видно крови.
Когда первое звено лопнуло, Касу показалось, что у него глюк. Мать твою, он же не употреблял красного порошка! Как может хрупкая на вид бабенка разорвать цепи, которые не каждому вампиру под силу?
Второе не лопнуло. Цепь, издав режущий звук, оборвалась и отлетела в сторону. Звякнув, ударилась об пол. Кас мотнул головой.
- Какого хрена?.. - вырвалось из него.
