Я обернулась через плечо, посмотрела прямо в его жёлтые, нечеловеческие глаза.
— Я распоряжусь по поводу ужина, — сказала я, поднимая подбородок чуть выше, чем нужно. Просто не хотела показывать, насколько меня все это покоробило. Такое себе удовольствие, когда ты знаешь, что о твоих женских болячках будут докладывать лично генералу.
— Где накрыть ужин, генерал?
— В моем кабинете, — ответил Торн. Его взгляд снова пронзал насквозь. — Через четверть часа.
Подул резкий ветер. Пара коротких локонов вырвалась из тугой косы.
Я подняла руку, чтобы заправить их за ухо, но… не успела. За меня это сделал генерал.
Он медленно завернул мой локон, и пока я смотрела на него широко открытыми глазами, позабыла обо всём. А потом Торн сделал шаг назад, складывая руки за спиной в замок.
— Не нужно расстраиваться, Элеонора. И воспринимать всё так близко к сердцу. В этом гарнизоне я отвечаю за каждую жизнь. Разумеется, Райнер не будет докладывать мне о личных женских недомоганиях. Но всё остальное — да. Я должен знать, что вы здоровы и способны нести службу.
Впрочем, как и каждый мой воин, — кажется он просто читает мои мысли. — Возможно, я был слишком резким, когда потребовал доклад от Райнера. Но и вы поймите: я воин. А гарнизон — не место, где я буду следить за интонациями и подбирать слова, чтобы не ранить вашу… душу.
Он стоял прямо, сдержанный, как всегда, но в этих словах — в этом «вашу душу» — прозвучало что-то большее. Не издевка, не насмешка, а… забота. Прямая, грубоватая, но настоящая. Я опустила глаза, провела ладонью по ткани брюк у бедра.
А ведь он прав.
Я и правда устала. За последние сутки — выезд, переговоры, закупка, дорога обратно… страх не успеть, внутренняя тревога. Дурацкая проверка борщом, короткий миг надежды… И вот теперь — раздражение, обида.
Я подняла взгляд и встретилась с ним глазами. Генерал не виноват ни в чем.
— Простите меня, генерал, — выдохнула я мягко. — Видимо, я действительно устала. Поэтому и отреагировала так остро.
Он слегка кивнул, молча принимая мои слова.
— И вы правы. Вы заботитесь о личном составе, и это… правильно. Просто я, наверное, ещё не до конца осознала, что теперь тоже часть этого состава. Хоть я и занимаюсь доставкой провизии и не стою на стенах с оружием — всё равно вы тоже отвечаете за меня.
— Извиняться не стоит, Элеонора. Я просто не хочу, чтобы между нами была эта недосказанность. Кроме того, я вижу, как вы успели подружиться с Райнером. Потому и решил растолковать вам свою позицию и правила.
